Телефонный справочник 
На сайте  В Яндекс  
Реклама
Рейтинг@Mail.ru
Поликлиника РЖД
Обзор местных СМИ
 
Источник: Александровский Голос Труда
17-ЛЕТНИЙ КОМАНДИР
11.05.2017 / Просмотров: 159 / Комментариев: нет

 Их, защитивших Родины в дни Великой Отечественной войны, в живых остается все меньше и меньше. По данным отдела социальной защиты населения в Александровском районе осталось: инвалидов войны – 10, участников войны - 53, жителей блокадного Ленинграда – 8, узников лагерей – 51, членов семей фронтовиков – 339, тружеников тыла – 1253. Всего 1743. Кроме того, среди фронтовиков большинство уже очень больны.

То есть становится мало тех, с кем еще можно поговорить, услышать из первых уст живые свидетельства тех, кто о войне знает не понаслышке, испытал все ее тяготы на себе. Наступило и для нас, журналистов, время, когда мы торопимся встретиться и поговорить с каждым фронтовиком, чтобы оставить о нем память потомкам солдат Великой Победы. И уже не важно то, что о ком-то из них когда-то писали. Вот и о Владимире Соломоновиче Ратнере публикации в нашей газете были.

Он родился 14 декабря 1925 года в городе Александрове. Когда началась Великая Отечественная война, ему было всего 15 лет.
14 декабря 1942 года ему исполнилось 17, а 12 января 1943 года В.С. Ратнер был призван в военно-морской флот. Сначала – в школу оружия в поселке Профинтерн на берегу Волги, неподалеку от Ярославля. А 28 мая 1943 года после окончания школы в составе группы обучающихся его направили на пароходе в город Саратов, где ждали десантные катера ПВО. Орудия 37 млн. и крупнокалиберные пулеметы, которыми были оснащены катера, в школе они не изучали. Но командир катера проверил его свидетельство с оценками отлично по всем дисциплинам и сказал: «Будешь командовать орудием и пулеметом». Он напомнил, что самый молодой в экипаже, что ему только 17 лет, на что получил ответ, что, судя по свидетельству об окончании школы оружия, он может работать по первому разряду и отвечать за технику! И Ратнер начал службу с изучение нового орудия.
 
«Участник Великой Отечественной войны с 1943 г. С ноября 1943 г командир орудия на катере ПВО -14 Керченской военной базы.
24 января 1944 г во время высадки десанта в порт Керчь, Ратнер из своего орудия подавил два прожектора противника, которые освещали место высадки десанта.
С декабря 1943 года катер, на котором служил Ратнер, совершал  рейсы на остров Тузла, доставляя туда боезапас и продовольствие. Специальные задания выполнялиств в срок.
С февраля 1944 г. командир орудия Ратнер на катере ПВО-11 участвовал в проводке караванов за тралами от Соленого озера до Тамани.
С июня 1944 г. к/о комендоров СК-455 участвовал в обеспечении траления фарватеров Азовского моря.
Отличник боевой и политической подготовки. Свой опыт и знания умело передавал своим подчиненным».

А между строк наградного листа о награждении Владимира Соломоновича Ратнера орденом Красной Звезды огромное количество боевых эпизодов, о которых рассказать может только он. Об этом мы и попросили старшину второй статьи Ратнера.
- Владимир Соломонович, где вы получили боевое крещение?
- Это была Волжская военная флотилия. Наши20 катеров вплотную стояли вдоль берега Волги, на противоположном берегу располагался нефтеперерабатывающий завод. Буксиры «Степан Разин», «Емельян Пугачев» и другие доставляли нефть из Астрахани в Саратов. Перед нашим дивизионом стояла задача не допускать, чтобы немцы бросали в реку магнитно-акустические мины, на которых подрывались корабли, баржи, пароходы.
Ночью вдруг слышим грохот, стрельбу. Вскочили. Впечатление такое, что это не ночь, а ясный день. Немецкие бомбардировщики повесили осветительные фонари и начали бомбить завод. Одна бомба попала в резервуар с нефтью, нефть загорелась, и огненная лава потекла в Волгу и по ее руслу. Мы получили приказ срочно идти вниз по Волге. Это было в конце 1943 года.
- Участвовали Вы в каких-то известных исторических сражениях?
- Наши катера не успели попасть к началу Керченско-Эльтингентской десантной операции, которая осталась в истории войны под названием «Огненная земля». Прорваться к десантникам наши катера не смогли, но сыграли в этой операции свою, пусть и небольшую, роль, отвлекая силы врага и уничтожая его.
Дело было так. Мы получили срочный приказ по всем катерам идти в Сталинград. Там катера быстро подняли из воды и установили на железнодорожные платформы. Эшелон направили через Кавказ в Черное море. Еле-еле с помощью трех паровозов удалось через хребет доставить катера на море и спустить их на воду в порту Геленджик. Далее своим ходом, пройдя мимо Новороссийска, вошли в Тамань. Туда, где в это время готовилась крупнейшая операция высадки десанта для окружения города Керчь, занятого противником. Начало наступления было запланировано на 1 ноября. Мы опоздали на 5-6 дней и уже не могли, как и многие другие, прорваться  к десантникам в район назначения Элтиген, где развернулись самые крупные бои за освобождения Керчи. Наши катера пытались пробиться к Элтигену, но не смогли прорваться через мелкий Керченский пролив из-за минной угрозы и атак с воздуха. Катера у нас были легкими и уязвимыми. Чтобы было понятнее, скажу, что они даже не были оснащены крышей, кухней, туалетом - голая палуба, открытая как на ладони – спали мы под орудиями.
Керченско-Эльтингентская десантная операция дорогой ценой досталась десантникам, но положила начало окончательному освобождению Крыма от немецких оккупантов.
- Вы были комсомольцем, коммунистом?
- Перед окончанием учебы в школе оружия я вступил в комсомол. При вручении билета, в котором была фотография Сталина, на обороте было написано «Драться до последней капли крови за наши города и села, проявляя при этом смекалку, и честь, свойственную нашему народу». Подпись И.Сталин, написанная политруком. В 1944 году я стал кандидатом в партию ВКПб, а в 1945 - членом партии. Я запомнил один случай. Лежал в санатории рядом со мной мой ровесник, солдат. Он попал в плен с комсомольским билетом. Немцы его не расстреляли, а били по легким коваными сапогами, приговаривая «Юнге Сталин». Через несколько дней он умер на соседней со моей кровати.
- Что Вас больше всего страшило, когда вы были на передовой: попасть в плен, быть убитым или раненым, не выполнить приказ?
- Пожалуй, больше всего попасть в плен.
Мы, молодые, старались не говорить о страхе. Но однажды был такой случай. Для уничтожения быстроходных десантных барж противника, размером 75 метров, оснащенных орудиями большого калибра, была сформирована эскадра наших катеров. На моем катере, участвовавшем в ночной операции по уничтожению барж, было размещено 40 человек морской пехоты. Мы шли в кильватерной колонне. И вдруг темной ночью недалеко от берега, занятого немецкими войсками, у катера вышли из строя двигатели. Встали на якорь. Пехотинцы-десантники заволновались. Мы ждем, что будет. И вдруг появился, как мираж, катер . Уже были готовы принять бой, но это оказался наш катер, который должен был помогать поврежденным в море катерам. Нам сказали - ждите, сначала проверим, нет ли других катеров с повреждениями. Ждали долго. С каждой минутой, приближающей нас к рассвету, нарастал страх. Ведь мы стояли совсем недалеко от берега, занятого противником, и были видны с него невооруженным взглядом. Это был страх попасть в плен к немцам. Но, к счастью катер успел подойти до рассвета и отбуксировал нас в Тамань. Тут же члены «СМЕРШ» арестовали командира, меня и моториста – и на допрос. Моториста и меня скоро отпустили, а командира держали трое суток. Проверяли, не собрались ли мы перейти к немцам, стоя у немецкого берега. Я на этом катере заменял командира орудия, который, узнав, что будет большой бой, напился чифира. В результате у него поднялась температура, и в бой он не пошел. Орудие, кстати, оказалось неисправно, пришлось мне еще его и ремонтировать. Когда мой катер затонул, меня определили на некоторое время в запас, то есть если на каком-то катере не будет командира орудия, я его заменяю. В эпизоде, когда мы стояли у немецкого берега, я как раз заменял командира орудия.
Кстати, как выяснилось, немецкая разведка в Тамани каким-то образом узнала о готовящейся операции, и ни одна их баржа не вышла из порта Керчь.

- Бывало, что говорили – повезло?
- Одному повезет, так другому не повезет, поэтому как-то собственные везения не особо радовали.
Мой катер №13 под обстрелами снарядов доставлял из Керчи на остров Тузла снаряды. Командир дивизиона приказал работать и днем, и ночью, а однажды сказал, что если 3 раза за ночь доставите груз, все получите награды. Два похода прошли удачно, на третий раз катер утонул от черноморской волны - была видна только верхняя часть орудия. А я в этот третий поход не ходил. Хорошо, что экипаж выплыл на остров.
 
- Морская дружба, взаимовыручка – что значат для Вас эти понятия?
- Эти понятия что-то само собой разумеющееся. О них не говорили, к ним не призывали, они просто были частью работы. Потому что на войне в одиночку не выживешь. Ну, если вспомнить…. Приходилось как-то выручать из-под обстрела килевой катер с грузом, севший на мель. Командир принял решение подойти к катеру, перебросить на наш катер груз: пресную воду, медикаменты, продукты питания, и подойти к берегу для разгрузки. Немцы заметили нас и стали обстреливать. Первый снаряд упал на недолет, второй перелет - это называется вилка. Едва мы из нее успели выйти, и третий снаряд упал на то место, на котором мы только что были, как это обычно и бывает в таких ситуация.
 
- Как вы попали в освобожденный г. Керчь?
- Я увидел Керчь 11 апреля 1944 года в шесть часов утра после нашей разведки, сразу после того, как он в четвертый раза был, наконец, освобожден окончательно, после нескольких раз перехода его из рук в руки. На город было страшно смотреть, настолько он был разрушен. А что поразило больше всего, так это безлюдье. Город вымер. Мы ходили по пустым улицам и редко - редко видели живого человека, только трупы. Через некоторое время стали возвращаться в дома люди, прятавшиеся в лесах, убежавшие в соседние населенные пункты. Уже потом я нашел в литературе цифры потерь. За время боев в Керчи было уничтожено более 85% зданий (самому мне показалось тогда, что город разрушен полностью), освободителей встретили чуть более 30 жителей города из почти 100 тысяч жителей 1940 года. Немцы беспощадно расстреливали жителей города, в том числе детей, очень многих угоняли в Германию. Приехавшим из разных областей переселенцам потом бесплатно передавали дома, землю, чтобы возрождать Керчь. На моих глазах его возрождали и восстанавливали из руин.
 
- А в боях за освобождение Севастополя Вы не участвовали? 
- По приказу командования малые катера, на которых я служил, были оставлены в городе Керчь, в Севастополь нас не отправили. Мы были переквалифицированы в минеров, зачищали от мин Азовское море и Керченский пролив, начиненные минами под завязку. В литературе называется цифра - мин там было оставлено около 8 тысяч. Это и якорные мины, и магнитно-акустические. Немцы хорошо подготовились к войне на море. Магнитно-акустические мины у них были 12-ти импульсные. Если немцы поставили на счетчике мины 6, пять катеров она пропустит, а 6-ой будет взорван. Нам, пахарям моря, такие места особо опасных ловушек надо было пропахать тралами 12 раз. Это очень тяжелая работа.
- И наверняка это было не менее опасно, чем в предшествующие годы войны?
- Можно вспомнить множество случаев, подтверждающих высокую степень опасности работы минеров, которые, как справедливо говорится, ошибаются один раз.
 
Однажды (мы стояли в Новороссийске на катере малый охотник) нам пришел приказ - срочно идти в Геленджик. Там якорная мина шла на причал, где стояли рыбацкие катера, сейнеры. Увидев мину, они все ушли от нее. А мы, понятно, идем к ней. Мина была уже так близко от причала, что выстрелить из орудия, чтобы уничтожить ее, можно было, стреляя с моря в сторону города. Но этого делать нельзя, потому что есть большая опасность гибели многих людей. И командир принял решение войти в узкую полосу воды между причалом и миной. Мы вошли в это узкое пространство между причалом и миной, хотя задевали днищем грунт. К тому же был довольно сильный шторм, прицелиться очень тяжело. У орудия - я и командир, остальные в кубрике. Стреляю из орудия «Эликон» - мимо. А мина все ближе. Стреляю второй раз - и очень удачно, попал не в рожок, не во взрывчатку ниже, а между ними. Это было единственное место, попав в которое мы все остались живы. Взрыв произошел внутри корпуса, вода пошла в мину и она стала тонуть. Это была корабельная мина с большой мощностью взрыва. Например, когда на Балтике крейсер «Киров» носовой частью напоролся на такую мину, его потом ремонтировали 2 месяца.
Еще один памятный случай закончился плохо. Во время траления к нам с Балтики прислали три дивизиона катеров, уничтожать магнитно-акустические мины. Балтийцы-тральщики с ними никогда не работали, у себя они тралили только якорные мины, поэтому для начала нам надо было объяснить им особенности траления магнитно-акустических мин. Командир дивизиона сказал мне: ты обучаешь один отряд, я - другой. А главное отличительное качество их состоит в том, что, прежде чем пустить ток трал на магнитно-аккустические мины нужно опустить на 50 метров. Как ни внушал им это, на одном катере не послушались и включили ток, не опустив трал, стоящий вплотную с катером. Взрыв – катера и экипажа нет. Все погибли.
Вскоре после окончания войны началось строительство моста Крым – Кавказ с использованием немецкого трофея в виде конструкций моста, лежащих на берегу моря. Видимо, немцы были так уверены в своей победе, что заранее приготовились построить мост сами. Наши строители мост построили, по нему даже первый поезд прошел. Но они, видимо, очень торопились, упустили кое-какие моменты, и мост скоро после окончания строительства рухнул во время ледохода, так как на нем не были установлены ледорезы. Нашей задачей было охранять строящийся мост от плавающих якорных мин, уничтожать их на подступах к мосту, чтобы они не ударились об опоры моста и не взорвали его. Работа опасная. Я и минер на шлюпке подходим к всплывшей, поросшей ракушками мине, как можно осторожнее закрепляем ее, вешаем на нее взрывчатку, минер поджигает бикфордов шнур, и у нас есть всего 4-5 минут, чтобы быстро отойти от нее. Замешкаешься - погибнешь. Мы-то свою миссию выполнили исправно, мост разрушили не мины, а строительные недоделки.
 
- Как долго после войны Вы «воевали» с минами, пахали море?
- Демобилизовался я 3 марта 1950 года, имея на руках инвалидность по болезни. Немного отдохнул - и на работу. Как и до мобилизации - это радиозавод, токарное дело. Параллельно учился  в вечерней школе, закончил 9 и 10 класс, затем техникум, а потом институт.  
Службе в армии я отдал 7 лет и 2 месяца. В том числе 6 лет городу Керчь, получившему очень заслуженное звание  Города-Героя.
За свою дальнейшую жизнь я выполнил все заповеди: построил 2 дома, посадил много деревьев, вырастил 3 детей, далее выросли 5 внуков и растут 7 правнуков…
 
- И еще Вы выполнили свое самое главное предназначение – с честью защищали Родину от врага. С праздником Вас, Владимир Соломонович, с Днем Победы. Живите еще долго и счастливо!

В. ТИХОНОВА.
 
Вы не авторизованы на портале. Поэтому не можете оставлять комментарии.
Необходимо войти, указав свои логин и пароль, либо зарегистрироваться.



Самые читаемые новости за месяц
  • За неделю - два не родившихся ребенка ( 1049 )
  • Перед судом предстанет директор муниципального музея, обвиняемый в растрате бюджетных средств и служебном подлоге ( 1029 )
  • Руководитель фирмы «Малахит», обвиняемый в невыплате заработной платы работникам предприятия, предстанет перед судом ( 974 )
  • О решении суда в пользу Россельхознадзора ( 909 )
  • Перед судом предстанет бывший руководитель коммерческого коммунального предприятия, обвиняемый в злостном уклонении от погашения кредиторской задолженности в крупном размере ( 653 )





  • Разработка сайтов. Реклама в интернет.




    Copyright "Александров.pу" © 2001 - 2017 All rights reserved. Копирование материалов разрешено только с личного разрешения администратора сайта. Цитирование материалов разрешено, но обязательно с указанием ссылки на источник и не более 50%.
    --------------------------------------------------------------------------------------- # --> Страница сгенерировалась за 2.2181 сек. # ---------------------------------------------------------------------------------------