ПЕТР ШУЙСКИЙ – ВОЕВОДА ИВАНА ГРОЗНОГО И ВЛАДЕЛЕЦ СЕЛА МЯЧКОВО

В 2020 году исполняется 500 лет со дня рождения одного из самых известных воевод царя Ивана Грозного – Петра Ивановича Шуйского. Нам также о нем известно, как о владельце села Мячково в Кодяевом стане (граничил со Слободским станом, центром которого была Александрова слобода, ныне село Мячково – в составе Александровского района).

Князья Шуйские были одним из тех русских аристократических родов, которые ближе всего стояли к российскому трону, так как по своему происхождению принадлежали к одной из ветвей Рюриковичей. П.И. Шуйский родился около 1520 года в семье князя И.В. Шуйского. Через 10 лет появился на свет будущий Иван IV. Детство одного и юность другого пришлись на время правления Елены Глинской и последовавшие за ним годы «боярского правления» - ожесточенной борьбы боярских группировок. Эти обстоятельства оказали влияние на формирование их характеров.

В январе 1542 года прибытие в Москву Петра Шуйского с отрядом дворян обеспечило победу его отцу и другим родственникам над «кланом» Бельских. Это обстоятельство отметил и Иван IV впоследствии, когда вносил поправки и замечания в летописи, собирая «компромат» на бояр перед введением опричнины. Для Шуйского это был первый серьезный опыт участия в политической борьбе.

Кольчуга П.И. Шуйского. Оружейная палата Московского Кремля.

Но в том же 1542 году П.И. Шуйский проявил и «политическую осторожность»: хотя и посетил опального Максима Грека в ссылке, но переписку с ним поддержать отказался. А что такое «опала» от мужавшего год от года царя Ивана князь Петр узнал в октябре 1545 года, когда, вернувшись в Москву из Александровой слободы (ездил на богомолье в Троице-Сергиев монастырь), царь удалил от себя сразу пятерых вельмож, среди них и Шуйского. Однако, через два месяца Петр Иванович был прощен, а опыт «опалы» остался с ним на всю жизнь. В дальнейшем усилия Шуйского сосредоточились на военном поприще, но ему также приходилось совмещать на посту воеводы или наместника и военные, и гражданские обязанности. Его можно считать активным участником реализации внешнеполитических планов первого русского царя.

В феврале 1547 года, вскоре после принятия Иваном IV царского титула и женитьбы, П.И. Шуйский был назначен первым воеводой Передового полка. В том же году выполнил важное поручение своего государя: не дал бежать в Литву Глинским. В 1550 году получил чин боярина и был назначен наместником в Псков.

П.И. Шуйский был участником первых (неудачных) походов на Казань в 1540-е годы, как первый воевода Передового полка (третий по значимости пост в русской армии). Был ранен и покинул на время действующую армию.

В рамках подготовки нового похода на Казань было осуществлено строительство города-крепости Свияжск, в котором активное участие принимал П.И. Шуйский. Он же стал и первым воеводой новой крепости, а в случае военных действий должен был быть «на вылазке»: возглавлять отпор нападавшим. В 1552 году во главе большого отряда из Свияжска он принимал участие в осаде и завоевании Казани. До 1557 года Шуйский назначался воеводой то в Казань, то в Свияжск, продолжая борьбу с восстававшими местными племенами и активно осваивая завоеванные территории.

Но когда направление русской внешней политики изменилось с Востока на Запад, в 1557 году П.И. Шуйский был снова назначен одним из наместников Пскова. Иван IV готовился повести борьбу за Прибалтику и назначение состоялось накануне Ливонской войны, одним из главных военачальников которой предстояло стать Петру Ивановичу Шуйскому.

Весной 1558 года русскими войсками была взята Нарва и целый ряд других крепостей. Но П.И. Шуйский во главе значительной армии особенно отличился при взятии города и крепости Дерпт (Юрьев) 18 июля 1558 г. В течение пяти дней город обстреливался из пушек и принял предложение князя Петра о сдаче. Условия, выдвинутые жителями, были направлены на максимальное сохранение их прав и свобод, на основе так называемого Магдебургского права. П.И. Шуйский принял капитуляцию на этих условиях и оказался нарушителем «задумок» царя. Иван IV из 34 статей «капитуляции» убрал совсем 20, а остальные «отредактировал» так, что в «Жалованной грамоте городу Дерпту» он по своему положению и управлению приравнивался к другим городам Русского государства.

П.И. Шуйский в сентябре 1558 года был отозван в Москву, встретился с царем в Троице-Сергием монастыре, затем вместе с остальными отличившимися в Ливонской войне воеводами отправился в Александрову слободу, где их награждали «шубами, кубками, аргамаками, доспехами, землями». Петр Иванович к тому времени уже имел небольшое владение близь Слободы.

В документах Троице-Сергиева монастыря имеются сведения о том, что в 1546-1547 годах монастырские власти купили у князя Петра Ивановича Шуйского за 300 рублей половину принадлежавшего ему села Мячково с девятью крестьянскими дворами, деревней Бакино и 24 пустошами в Кодяевом стане Переславль-Залесского уезда. Сразу же после этого монастырь заключил сделку с новыми соседями – Чулковыми. Троицкие власти променяли Ф.А. Чулкову деревню Бакино, купленную у него ранее П.И. Шуйским, и, приплатив еще 705 рублей, получили вотчину Чулковых село Новоселку с тремя деревнями.

В документах сохранилось описание села Мячково в той части, которая осталась собственностью П.И. Шуйского: «а в том селе Мячкове церковь Никола Чудотворца», в ней отмечены «образа, книги, ризы, сосуды церковные и свечи поставные», «двор княжей и с огороды, и хмельники, и конопляники, и гуменники», «двор попов с пашнею», «крестьянских 9 дворов с пашнею и с огороды, и хмельники, и гуменники», к селу Мячкову «деревня Бункова на речке на Чернавке, да 19 пустошей, да 5 отхожих пустошей».

После награждения в Александровой слободе П.И. Шуйский был назначен наместником в Псков: Ливонская война продолжалась. В сентябре 1559 года, после неудачной попытки Ливонского ордена отбить Дерпт, четыре русских воеводы (в том числе и Шуйский) получили приказ царя завершить войну полным разгромом Ордена. В 1560 году русскими войсками был взят Феллин – столица Ливонского ордена. В этом сражении П.И. Шуйский командовал Полком правой руки.

После окончания военных действий Петр Иванович вернулся в Россию и в 1563 году принял участие в главном сражении Ливонской войны – взятии Полоцка. Именно ему Иван IV поручил принять капитуляцию города, однако, на сей раз, царь сам «выработал» условия сдачи. После окончания военных действий Шуйский был оставлен в Полоцке первым воеводой и его главной задачей стало восстановление города, пострадавшего от военных действий. А также строительство новых крепостей на завоеванных территориях. Это был «пик» карьеры П.И. Шуйского.

Зимой 1563-1564 гг. Шуйский вместе с воеводой С.В. Яковлевым получил приказ с войском двинуться из Полоцка на соединение с ратью, которая шла из Смоленска, для совместного наступления на Минск и Новогрудок. Литовские воеводы решили разбить обе армии поодиночке и первый удар обрушили на войско Шуйского 26 января 1564 года у села Чашники на реке Уле. Войско было утомлено трехдневным переходом и, как отмечал летописец, «шли не по государьскому наказу, оплошася, не бережно и не в полки, и доспехи свои и всякий служебный наряд везли в санех». Нападение было внезапным, но русское войско оказало ожесточенное сопротивление, бой длился более двух часов. «Князя Петра Шуйского – записал летописец – сбили с коня, и он з дела [с поля боя] пеш утек, и пришел в литовскую деревню, и тут мужики, его ограбя, и в воду посадили [утопили]».

Разгром на Уле стал прологом поражений русской армии в Ливонской войне. Все историки единодушно признают вину Шуйского в этом разгроме, и если бы не гибель его после завершения сражения, то воеводу могла ожидать непростая опала, а, скорее всего, казнь, потому что он вряд ли бы решился на бегство за рубеж, как А.М. Курбский. Поражение на реке Уле, вместе с другими подобными событиями Ливонской войны, стали одной из причин введения опричнины. У Ивана IV появился повод подозревать своих воевод в «измене».

В посмертной судьбе П.И. Шуйского есть еще одна загадочная страница, связанная с его доспехом. После гибели князя, его кольчуга оказалась в Сибири и породила легенду о том, что была подарена Иваном IV Ермаку, стала причиной гибели первооткрывателя Сибири, но известно, что в XVII веке вернулась в Москву и ныне хранится в Оружейной палате Московского Кремля.

И.А Орлова, внештатный сотрудник
музея-заповедника.