ВОЙНА И… НЕИЗМЕРИМЫЙ РЕСУРС ЛЮБВИ
Я к этому еще только стремлюсь. И с точки зрения достоинства постараюсь утвердить себя в жизни добрыми делами, поступками во имя счастья людей.
А по-настоящему достойным человеком я считаю свою прабабушку Елизавету Федоровну Захарову, на которую буду равняться всю свою жизнь.
Она не была на фронте. Когда началась война, ей было двадцать семь, но работая медсестрой, она приближала час Победы своим самоотверженным и самозабвенным трудом.
В туберкулезной больнице города Александрова был один врач и медсестра, она же санитарка и человек, взваливший на себя все хозяйство больницы – мая прабабушка. Выполняя сложные поручения врача, такие как поддувание легких, она исполняла должности и регистраторши, и прачки, и завхоза.
И истопницы – тоже. Больница отапливалась дровами, которые надо было еще где-то добыть. Бабушка сама ловила поленья в реке Серой, возила их на санках, колола, сушила и топила шесть печей. Она практически не спала, стараясь объять необъятное.
Жила Елизавета Федоровна при больнице в подвале. И уже ее дочь, моя бабушка, вспоминает: «Мы видели не людей, а только их ноги. В этом подвале было темно, сыро, там жили лягушки, гусеницы, тараканы, мыши, крысы». Зарплата у прабабушки была всего тридцать рублей. Хлеб продавали по карточкам. И постоянный голод мучил ее с малолетней дочкой, моей бабушкой Валентиной Федоровной Комаровой.
Елизавета Федоровна жила под постоянным страхом за себя и за дочь, скрывала ото всех, что ее мужа расстреляли в тысяча девятьсот тридцать седьмом году, объявив его врагом народа. Казалось бы, что жизнь давит, на сопротивление сил не хватит. Но вот что удивительно! Прабабушка не озлобилась, а осталась добрым и чутким человеком.
Она рассказывала, как спасала людей от болезней, как вселяла в них веру в жизнь. В ее подвале живали многочисленные родственники, ослабленные, больные, и всех она старалась поставить на ноги и делилась с ними последним куском хлеба, поэтому сама всегда оставалась голодной. Она понимала, что большинство людей живут так же, что все ресурсы страны брошены на Победу.
Нередко раненых из госпиталей направляли в нашу больницу с туберкулезом, а в кожное отделение - с еще более страшными болезнями. Один случай ей особенно запомнился. Очень молоденький солдат с ранением в голову, контуженный под Харьковом, был прислан в больницу с двухсторонней диссеминацией легких. Елизавета Федоровна не думала, что он выживет. Но врач и она смогли поставить его на ноги. Прабабушка носила ему из своего подвала козьего молочка (козу она всегда держала). И солдат даже смог вернуться на фронт. Семья его погибла в Смоленске под бомбежкой. Он долго писал Елизавете Федоровне письма, величая ее матерью и сестрой. А прабабушка молилась о его спасении. Долго еще шел солдат военными дорогами. Но погиб. Ему не суждено было дожить до радостного дня Победы. А Елизавета Федоровна вспоминала Мишу до последних дней жизни и передала свою скорбь всей нашей семье.
Таких случаев в жизни Елизаветы Федоровны было немало. Она часто рассказывала мне разные эпизоды из своей профессиональной жизни. Казалось, что она учит меня любить людей, ответственности за профессиональное дело, дабы не уронить достоинства поколения победителей.
Она понимала, что война возложила на нее и мужские и женские дела. Она, как все труженики тыла, созидала все для фронта, все для победы. Это было поколение женщин - богатырей, которые выполняли непостижимый для меня круг обязанностей. Нет, это даже не обязанности, а какой-то неизмеримый ресурс любви, объемлющий все окружение.
Елизавета Федоровна вырастила и выучила дочь, мою бабушку. Свой заряд любви она отдавала внукам, а затем правнукам. Со всеми нянчилась, но не покидала рабочего места в течение сорока семи лет.
Меня приводила в восторг ее любовь к животным. Она, как я уже говорила, держала коз. Любого забодать могла рогатая Зорька, но к прабабушке она летела с лаской и терлась о ее ноги. Эта взаимная любовь для меня была загадкой - я сама могла дать Зорьке лакомство только в присутствии прабабушки.
Я горжусь своей прабабушкой. Вступив в войну в самом цветущем возрасте, всю свою физическую силу, душевное богатство она расходовала на спасение от болезней людей, столь важных в тылу и на фронте, так как фронт и тыл в нерасторжимом единении день и ночь ковали великую Победу.
Елизавета Федоровна - человек совестливый, трудолюбивый, любящий, достойный своего поколения победителей, достойный нашей светлой и вечной памяти, неотделимой от великой истории нашей Родины.
Она мой нравственный ориентир, на который я буду равняться. Пока не знаю, смогу ли стать такой, но не сомневаюсь, что буду стараться. Ведь благодаря самоотверженному труду и какой-то неизмеримой нравственной силе поколения Великой Отечественной Войны мы живем сегодня совсем в других условиях, и обязаны быть его достойны.
В. СМЫСЛОВА.