ТАКАЯ РАБОТА…
- Сыскная работа она в принципе интересная, и за многие годы занятия ей она не стала для меня рутинной. Каждый день что-то происходит, над раскрытием каждого нового дела по-своему интересно работать. Ведь и при схожих схемах преступления всегда имеют свои нюансы. Обычная банальная кража может оказаться интереснейшей в плане раскрытия. Получение информации, ее реализация, работа с людьми... – все это живое дело, которое увлекает нестандартностью ситуаций, необходимостью сопоставлять, думать, анализировать,- говорит Андрей Анатольевич. – Особенно интересно работать с людьми. Кстати, по сравнению с вязниковцами александровцы менее закрыты, нормально идут на контакт. Там меньше процент ранее судимых, меньше тех, кто когда–то имел контакты с органами правопорядка, с представителями власти. В разряд потерпевших меньше попадают. И даже если что-то видели, знают – не скоро скажут. А здесь – 101-й км – не сами, так родители, бабушки – дедушки имели с законом какие-то контакты и знают, как нужно строить отношения с властью. А значит, информации получаешь больше. Но с другой стороны географическое положение Александрова – близость к Москве, наличие крупного железнодорожного узла ведет к миграции преступности, то есть совершают здесь преступления не только наши доморощенные преступники, а и приезжающие из других регионов. Из-за того же географического положения хронической болезнью Александрова всегда является некомплект личного состава.
В состав криминальной милиции, которой руководит А.А. Бойнов входит Уголовный розыск и Отдел борьбы с экономическими преступлениями (ОБЭП). Кроме того, в оперативном подчинении находится оперативно-розыскная часть, в простонародье «убойный отдел». Все направления серьезные. Чтобы работать сыщиком, что в Уголовном розыске, что в подразделении ОБЭП, нужен опыт, причем не только профессиональный, но и жизненный. Если его не хватает, назови хоть милиционерами, хоть полицейскими – ничего не изменится, люди останутся те же. Всех убрать и нагнать курсантов, как некоторые предлагают, - тоже не выход. В Уголовном розыске УВД Александровского района молодежи много, немало и вчерашних курсантов. Среди них есть ребята хваткие, с огоньком в глазах, но жизненный опыт, да и профессионализм приходят с годами.
- Андрей Анатольевич, что такое настоящий профессионал в милиции?
- В первую очередь это человек, у которого глаз наметан, мимо которого не проходят мелочи. Взять хотя бы такую ситуацию. Дежурный наряд останавливает машину. В ней группа молодежи. Нормальные на первый взгляд ребята, ничего подозрительного. Но… На охотников, рыболовов, деревенских жителей не похожи. Почему же в машине валяется предмет для них вовсе не характерный - резиновый сапог и удочка. И с этого резинового сапога начинается раскрутка. Сапог оказался с дачной кражи и вывел на группу, совершившую 12 дачных краж. Через этот сапог вышли еще на одну группу, контактирующую по «бизнесу» с первой. Обратить внимание на мелочь, моментально выстроить цепочку, отработать ее – это и есть профессионализм.
- Какими еще качествами должен обладать настоящий милиционер?
- Он не должен быть брезгливым.
- ?…
- Я всегда говорю своим оперативникам, что брезговать нельзя ничем. В прямом смысле – тоже. Опер – работа грязная. На месте преступления мы должны отрабатывать все, мусор в том числе. Отрабатывали мы недавно круг подозреваемых по краже телефона, и в ходе осмотра мусорных баков около подъезда, где произошло преступление, нашли сим-карту с украденного телефона, которая и дала возможность раскрыть преступление. Оперативный сотрудник не побрезговал, полез в эту грязь в поисках улики и нашел ее. Так что брезговать нельзя ничем - мелочей в нашем деле не бывает.
И еще опер должен уметь общаться с людьми. Чем больше накопает информации, тем вероятнее обнаружит ту мелочь, которая станет ниточкой к раскрытию. Знаете такое выражение: «Милиционер может до столба докопаться»? В принципе это так и должно быть – преступления нередко и раскрываются «докапыванием до столба». Если милиционер с палкой и умным видом ходит по привокзальной площади и ни к кому не подходит, ни до кого не «докапывается», он не милиционер. Бывают, к сожалению, и такие. Добропорядочным гражданам не стоит обижаться – такая у милиционера работа. Пусть он проверит документы, пробьет данные по базе. Подозрение не подтвердилось – хорошо. Но в десятый, сотый раз оно может дать искомый результат, например, в случае, когда идет федеральный розыск.
Есть у нас, к счастью, такие сотрудники, мимо глаз которых ничего не ускользнет. Богатым опытом, большим количеством информации, умением сплотить вокруг себя молодежь обладает заместитель начальника уголовного розыска, капитан милиции Денис Левин, старший оперуполномоченный Стас Баласанян, оперуполномоченные Ольга Юразова, Оганес Саркисян. Становятся настоящими операми молодые сотрудники Илья Шмелев, Евгений Гурьев. В основном на них сейчас держится уголовный розыск. Хочется отметить также начальника подразделения ОРЧ, которое работает вместе с нами над раскрытием особо тяжких преступлений против личности – убийств, изнасилований, тяжких телесных повреждений, подполковника милиции Алексея Чупенкова. Грамотный, опытный профессионал.
- Еженедельно читая сводки происшествий, наблюдаю, что самым распространенным видом преступлений давно уже стали дачные кражи, но почему-то не связывала их с криминальной милицией, с уголовным розыском.
- Посягательство на собственность относится к тяжким преступлениям. И наравне с квартирными кражами раскрытием дачных краж занимается именно уголовный розыск. Эти кражи дают нам основной вал преступности, и, к сожалению, их количество растет, отнимая очень много сил и средств на патрулирование, засады, другие мероприятия. Они же дают и самый большой процент нераскрытых преступлений. Сейчас, например, арестованы 4 группы, по которым работаем, уже выявив порядка 40-50 краж, в числе которых и латентные (незаявленные). Но многие из таких краж очень сложны в раскрытии. В прошлом году, например, группа бомжей ездила в наш район с Ярославского вокзала, на ночлег устраивалась на дачах, каждый раз меняя их, брала кое-какие мелочи, которые продавала в районе трех вокзалов. Найти их по месту сбыта практически невозможно. И дела остались нераскрытым.
Увы, сколько бы мы не объясняли председателям кооперативов, владельцам частных домов, что социализм закончился, что за сохранность своего имущества в первую очередь отвечает сам хозяин дачи, магазина и т.д., а не милиция, как это было во времена социалистической собственности. Значит, заработав деньги, купив дом, обстановку, оргтехнику, будь добр поставить решетки на окнах, сигнализацию, нанять охрану. Толку мало. А ведь вывозят с дач нередко машинами, работают не просто одиночки, а целые группы, сделавшие этот вид преступления своего рода бизнесом.
- Кроме роста количества дачных краж, чем еще характерен сегодняшний день?
- Телефонным мошенничеством, конечно. Растет технический прогресс - вместе с ним трансформируется и преступность, а значит, и нам приходится искать новые формы работы. Крайне сложно в данном случае это сделать, потому что «пробивая» номера телефонов мошенников, как правило, выясняем, что явление это имеет всероссийский характер. Откуда только не звонят они в поисках доверчивых людей. В подразделения милиции по территориальности и направляем дела, но эффект невелик. Самый верный способ – перестать верить, но … «на всякого мудреца довольно простоты». А поэтому полагаю, что, видимо, надо действовать не только увещеваниями проверять полученную по телефону информация о попавшем в милицию сыне, которого надо «выкупить». По большому счету пострадавший ведь в данном случае является и преступником. Да-да, есть в уголовном кодексе статья о даче взятки должностному лицу, и она совершенно подходит к данному случаю – человек передает именно взятку, именно должностному лицу, так как уверен, что платит сотруднику милицию за незаконное освобождение родственника.
- И все-таки уголовную милицию мы чаще связываем с работой над раскрытием особо тяжких преступлений, таких как убийства…
- Массив особо тяжких преступлений у нас не растет, их становится даже меньше. Убийства в основном носят бытовой характер, с признаками заказа уже нет – «лихие 90-е» позади, иных «героев» тех лет уж нет, другие - в местах заключения. Но убийство есть убийство. Конечно, над раскрытием каждого работаем особенно тщательно. Создается оперативная группа, задействуются все службы, все силы и средства. Планомерная коллективная отработка всех версий, выработка идей… Это захватывает, и тот факт, что раскрываемость особо тяжких преступлений у нас очень неплохая и продолжает расти – заслуга всех наших сотрудников
- Особенно пристальное внимание народ в наши дни обращает на борьбу с экономическими преступлениями. Только ленивый не говорит о коррупции, масштабы которой неизмеримы. Как работает наш ОБЭП?
- На прошлой неделе начальник УВД был на совещании в областной прокуратуре – там отмечалась работа нашего подразделения, как наиболее эффективная, по коррупционной направленности. Значит, работаем неплохо.
Действительно, коррупционных составов преступлений было в этом году выявлено большое количество. На уровне нашего города, района дела довольно крупные, привлекались директора муниципальных предприятий, сейчас есть новые наработки, которые известны в области.
Тяжелая, кропотливая работа. Споров экономического плана между предприятиями на грани мошенничества, присвоения имущества возникает немало. Во всех надо разобраться, во все тонкости вникнуть. Чтобы разобраться в бухгалтерских документах, провести ревизию, комплекс оперативно-розыскных мероприятий, нужен опять же в первую очередь профессионализм. А так как подразделение у нас небольшое – всего 7 человек, а работа идет неплохо, сотрудники им обладают. Стабильный состав, опытный грамотный начальник ОБЭП Владимир Стручаев, который организует всю работу, сильный костяк коллектива… - все это в ОБЭП есть.
- И не могу не спросить о Вашем мнении по поводу реформирования милиции
- Старый закон о милиции, принятый в 1991 году, действительно, устарел. Там немало пунктов, которые были обязательны, а сейчас не исполняются – например, мы давно уже лишены предусмотренных им льгот по оплате за коммуналку, бесплатного проезда. В проекте нового закона о полиции конкретизированы наши действия, которые сейчас со стороны закона можно расценивать по-разному. К примеру, вход в жилище граждан. В проекте закона, наконец, конкретно указано, в каких случаях в каких целях сотрудник милиции имеет право войти в жилище. Это для нас очень важно, это давно пора сделать. Но и споров по этому поводу много, есть противники нововведения. Я же считаю, что против введения этой нормы в законодательство выступает тот, кто никогда не был в шкуре потерпевшего, у кого есть охрана. Окажется в этой шкуре, будет сидеть у нас в кабинете и просить о помощи, почувствует каково это, когда преступник сидит в своей квартире и смеется над нами, потому что согласно принятого и потерпевшим закона, мы не можем зайти в жилище преступника. Вот тогда он все поймет.
А в каком свете выставляют в последние годы нашу милицию? Слышу по ТВ информацию – бывший сотрудник милиции ударил учительницу в школе. Но ведь бывший, это значит, его, скорее всего, за что-то выгнали из ее рядов. Зачем подчеркивать его даже прошлую принадлежность к милиции? Просто для того, чтобы лишний раз поставить пятно на нее. А она состоит из тех людей, которые живут в том обществе, которое мы имеем, и не может быть хуже или лучше его. Но если даже милиционер попал в ДТП – это обязательно будет подчеркнуто, хотя, скажите, почему милиционер не может попасть в аварию, которые случаются на каждом шагу? Мы же на дороге все в равных условиях.
Тревожит упор на сокращение личного состава милиции. В убойном отделе уже осталось три сотрудника из пяти. Пока «спасает» некомплект, процент первого этапа сокращения прошел главным образом за счет него. Но в следующем году сокращать придется уже живых людей. А у нас в уголовным розыске на весь район всего 30 сотрудников, в ОБЭП – 7. При этом – огромный массив работы. Но величина штата и процент сокращения зависит не от количества совершаемых правонарушений, а от того, сколько население проживает на территории. То есть вполне спокойный в криминогенном плане район приравнивается по количеству личного состава к Александровскому, который спокойным никогда не был в силу объективных обстоятельств.
- Спасибо за интервью. Мне остается поздравить Вас и всех ваших коллег по службе с профессиональным праздником! Может, в последний раз – с днем милиции, в следующем года поздравлять будем с днем полиции. Впрочем, суть от этого не меняется – в любом случае, как бы вас не назвали и что бы о вас не говорили, за помощью в случае необходимости мы все равно придем к вам. Придем с надеждой, что вы сделаете все возможное, чтобы защитить нас.
В. ТИХОНОВА.