ВЫШЛИ МЫ ВСЕ ИЗ НАРОДА…
Так пели и так думали совсем недавно. Как-то в разговоре с бывшей жительницей большого старинного села стали обсуждать понятие «народ». Неожиданно для себя и уж тем более для знакомой высказала формулу: народ – это многие поколения людей, постоянно проживающих и трудящихся на своей земле. Оторванные от земли, как объекта труда и жизни, люди – это уже просто население. Сейчас мы – русскоговорящее население и еще – электорат. В дар от народа нам остались только покалеченный русский язык да чуть-чуть от народной культуры.
Недавно убедилась в верности своего представления понятия народ, когда прочла самиздатовскую книгу бывшего жителя села Романовского Александра Васильевича Шухина (род. в 1907 г.) «Страницы жизни». Автор очень подробно описал становление сельского человека от рождения до его упокоения в родной земле. Мальчик Саша, вовлеченный в ежедневный и круглогодичный ритм жизни семьи, ее традиции, трудовые навыки, культуру, уже к 10-12 годам вырос в самостоятельного человека, мыслящего совсем не по-детски, а по-хозяйски. И в тоже время, он еще ребенок, которого очаровывает ласковая, спокойная красота родной природы вокруг села Романовского: леса с ягодами, грибами, зверушками и птицами, луга сенокосные и дурманящие запахом трав, любимая речка Малый Киржач с купанием и рыбалкой, катанием на самодельных коньках, лыжах, санках… Человек с малых лет постиг мир житейский, народный, мир живой природы и себя - как единый мир, свой мир, где он хозяин.
Контрастом сельскому человеку в тяжелые годы выступают жители городов. Лишенные работы и основ существования, все потянулись к деревне за средствами выживания: продовольствием, дровами и пр. Сейчас наши села и деревни остались без народа, земля запустела без хозяина-труженика; деревянные избы стали приютом для отдыхающих. Власти забыли, что народ на земле и возделанная им земля, это единственный стратегический госрезерв, госзапас страны на все времена.
Впечатлительный мальчик все вобрал в свою память. Через десятки лет, уже человеком не молодым, он решил воссоздать по настоящему эпическую картину жизни села Романовского в годовом ритме. Приведу некоторые темы, затронутые А.В. Шухиным, особенно меня поразившие.
Село Романовское. «По своей природной красоте окружающих лесов, лугов, полей, речки с песчаными отмелями и свежести воздуха, наполненного ароматом хвойного леса и луговых цветов, Романовское неповторимо в любое время года и, в особенности, в летнее время. Может быть, по этой причине многие коренные жители села обладают сравнительно большим долголетием, умирая естественной смертью в возрасте 70-80 и более лет».
«На селе была хорошая традиция отмечать особо важные события в жизни – посадкой около своего дома дерева. Стоящие ныне (1972 г.) перед сельскими домами мощные березы, липы, тополя, ивы и другие деревья, служили не только декоративным украшением. Это и памятные вехи в жизни крестьян. Спросите любую сельскую старушку, сколько лет липе, растущей перед ее окном. Числа лет она не назовет, но при этом скажет, что эту липу они с мужем Иваном посадили в год их свадьбы, после того, как ее привели в этот дом. И береза, что растет с боку их дома, посажена после пожара, а рябина, что растет сзади двора – посажена в год, когда проводила мужа Ивана на войну…. Наши отец и мать свое бракосочетание отметили посадкой около дома молодого вяза… Под его зеленым шатром, укрывавшим нас летней порой от лучей знойного солнца, мы и росли… Мать, проходя мимо этого вяза, окинет своим взором сначала нас, а потом устремит свой взгляд на вершину вяза и задумается. О чем? Наверное, вспоминает молодые годы, тот день, когда сажали вяз. А однажды, рассказывая мне историю этого вяза, как-то по секрету промолвила: «Он тебе ровесник».
С горечью добавлю: в селе практически не осталось этих памятных деревьев, недавно срубили и столетний вяз, нет и старого дома Шухиных. На его месте выстроен другой дом, там другие традиции – современные, дом спрятан за глухим забором. Старые дома приветливо вглядываются в прохожих – перед ними нет заборов.
Книгу А.В. Шухина можно пересказывать долго. Очень хотелось бы, чтобы откликнулись родные Александра Васильевича, которым он посвятил свою книгу или его родственники. На сельском кладбище я не смогла отыскать могил Шухиных, в том числе и его матери, которой он посвятил много лирических строк и приезжал на ее могилу. Не знаю, где жил и умер родной сын села Романовского, создатель бессмертного памятника своей Родине. Не хочу называть село затасканным сочетанием слов «малая родина». Таких не бывает. Родину нельзя измерять аршином. Она одна навеки. Как и Отечество.
В. БОРАВСКАЯ.