«ШИРОК РУССКИЙ ЧЕЛОВЕК….»

Есть люди, сразу привлекающие к себе внимание и заполняющие собой пространство. На первый взгляд это происходит из-за их внушительных габаритов, но потом выясняется, что они умны, красивы, энергичны, в них бездна юмора и масса всяких разных достоинств. Такого человека, Надежду Ивановну Шириня, на протяжении последних 40 лет можно было встретить в музее-заповеднике «Александровская Слобода».

На работу в музей семнадцатилетнюю Наденьку Косолапову привела ее бабушка, ценившая красоту и бережно хранившая многие предметы старины. И судьба Наденьки, как музейного специалиста, сложилась счастливо. Она стала заслуженным работником культуры РФ и заместителем директора музея в течение почти 20 лет.

Но если бы ее определили в другое место, к примеру, на производство, то без сомнения, она превратилась бы там в замечательного организатора этого производства. В школе – стала бы заслуженным учителем. Могла бы быть талантливым художником больших театрализованных зрелищ, самобытным мастером вязания или кулинаром, берущим призы на всевозможных шоу. Однако мудрая бабушка знала, что делала, потому что все таланты ее внучки проявились и пригодились в музее.

Пожалуй, никто, как она, не знал столь досконально музейную коллекцию старинных драгоценных тканей. Камка, объярь, громуар, паволоки, аксамиты и алтабасы – ткани, о которых теперь нет никакого понятия, каким-то непостижимым образом различались ею. Да и парчу русского производства она легко выделяла среди французской и итальянской. Так, впечатлительная и способная девушка на всю жизнь в начале 70-х годов прошлого века усвоила уроки первоклассных специалистов из Исторического музея. От увлечения старинными тканями у Нади развился интерес к более современным, выпускавшимся в XIX-XX вв. на хлопчатобумажных комбинатах Струнина и Карабанова. В серпенках, сатинах и ситцах она тоже неплохо ориентировалась. Большая часть знаменитых русских ситцев в течение нескольких десятилетий отбиралась для музея Надеждой Ивановной. Равно, как и музейная коллекция современной вышивки «александровской глади», сформированная ею совместно с главными художниками фабрики «Квалифицированный труд»: Екатериной Андреевной Богатюковой и Альбиной Ивановной Садовой. Сейчас это большие и замечательные коллекции, которые с неизменным успехом музей демонстрирует не только в Александрове, но и на престижных выставках Москвы, Нижнего Новгорода, Перми, Владимира и др.

Как-то получилось, что новаторские идеи часто приходилось претворять в жизнь Надежде Ивановне. Во время музейного бума начала 80-х годов (когда у стен кремля стояло по 30 туристических автобусов, а сотрудников на них в музее имелось всего 6), она готовила внештатных экскурсоводов. Будучи экскурсоводом, выполняла обязанности методиста, организатора экскурсий, преподавателя. Придумывала замысловатые темы для сдачи рефератов по русской истории и культуре XVI-XIX вв. Потом анализировала эти сочинения, порой разносила их в пух и прах с неподражаемым сарказмом. Но внештатники любили ее и внимали музейной наставнице с восторгом. На своем производстве они слыли известными инженерами, педагогами, администраторами и ценили высокий профессионализм.

Когда в середине 80-х годов в музее открылся выставочный зал – им тоже на первых порах занималась Надежда. Здесь приходилось работать быстро, напряженно и опять в нескольких лицах, далеких от деятельности экскурсовода. Хорошо, если выставку как, например, «Лев Толстой и Ясная поляна» привозили подготовленной с соответствующим оборудованием: готовыми стендами, витринами и т.д. А если это были фотографии военного корреспондента Евгения Халдея, где все отдельно: фотографии, стекла, зажимы? Причем, при транспортировке часть стекол оказывалась поврежденной, а зажимов не хватало. Тут уж трудись и за мужика-монтажника, и за хранителя, и за художника-оформителя. Однако все получалось на уровне: в назначенный срок открывалась замечательная выставка, зал сверкал чистотой и благоухал цветами, доброжелательные экскурсоводы с упоением рассказывали об уникальных экспонатах.

И мало кто знал, что для того, чтобы радость состоялась, Надежда Ивановна со своими подчиненными покинула этот зал накануне почти в полночь. Обладая врожденным даром экспозиционера и талантом организатора, она уже в должности зам. директора музея не раз становилась автором многочисленных ежегодных выставок, рассказывающих о своеобразии «Александровской Слободы» на представительных музейных форумах и туристических ярмарках в Гостином дворе, на Экспо, Интермузее, в соборе Василия Блаженного на Красной площади.

Любимые посетителями практически все 12 ныне действующих экспозиций и выставок музея-заповедника сделаны при ее непосредственном участии!

Сейчас, прежде чем создавать экспозицию, требуют написать сценарий. Думается, у Надежды Ивановны на всякий случай по самой широкой тематике в голове уже имелся готовый сценарий. Может быть, потому так оригинальны, веселы, с затейливыми яствами оказывались музейные капустники и юбилеи коллег, придуманные и проведенные ею. Многие думают, что опричники на лошадях появились в сценарии Дня города, когда за него взялась солидная культурно-просветительная фирма. Ничего подобного, стилизованный конный опричник уже давно был опробован Надеждой Ивановной на музейном празднике. И таких выдумок, имеющих историческую основу, в ее веселых импровизациях встречалось бесконечно много. Иногда, удивляясь разнообразным способностям и знаниям своего зам. директора, ее наивно спрашивали: «И откуда вы все это знаете?» На что она в своей обычной ироничной манере отвечала: «Книжки, случается, читаю». Прочитала же их Надежда Ивановна несметное количество, возможно, и поэтому в зрелом возрасте блестяще закончила Международную Академию туризма и сервиса.

Это образование особенно пригодилось ей при подготовке многочисленной документации новейшего времени: всевозможных контрактов, уставов, договоров, соглашений. Ее взвешенный, рассудительный и квалифицированный подход к их составлению не раз обеспечивал долгосрочный успех во взаимоотношениях музея со Свято-Успенским женским монастырем, научно-исследовательскими и реставрационными организациями, различными турфирмами.

Надежда Ивановна ушла из жизни неожиданно в марте этого года. В 58 лет ее настиг обширный инфаркт, от которого часто умирают сдержанные мужчины, носящие в себе свои проблемы. И она редко жаловалась, хотя ей пришлось одной растить дочь, продолжительное время ухаживать за больным отцом, жить в Струнино. Да, так необычно сочетались в ней сила характера и женская ранимость, размах, широта натуры и осторожность, насмешливость и доброжелательность, веселость и пессимизм.

Экстрасенсы утверждают, что от человека в пространстве остаются энергетические отпечатки. Ели это и впрямь так, то за 40 лет пребывания в Александровском кремле от Надежды Ивановны их здесь видимо-невидимо: в палатах, подземельях, кельях, на музейных экспозициях, колокольне, аллеях, тропинках. Только не совсем понятно их воздействие. Может, каждому попадающему в «Александровскую Слободу» перепадает толика ее талантов? Или это оставленная нам устойчивая энергетика любви к своему делу и людям ее неповторимой личности, без которой музей не был бы таким современным и популярным, а его история – красочной и интересной.

С. ГЛЕЙБМАН, заслуженный работник культуры РФ.

На снимке: Н.И. Шириня (вторая справа) на заседании ученого совета музея-заповедника.