К РАССТРЕЛУ «ЗА КОНТРРЕВОЛЮЦИОННУЮ АГИТАЦИЮ»
Москва с ее бесконечным потоком машин, шумом, людской суетой и вдруг…тишина - такая, что не хочется разговаривать, смеяться…потому что от этого становится стыдно, не по себе. В 5 км от Москвы по Варшавскому шоссе в сторону Подольска находится Бутовский полигон, получивший статус памятника истории в конце XX века, но пока остающийся безвестным для сотен тысяч россиян.
Ведь по ночам тут больше не слышно выстрелов, забор не огорожен колючей проволокой, звук приближающихся машин не заставляет вздрагивать.
История этого места такова: название Бутово связано с небольшой деревней, расположенной на Старом Варшавском тракте, в которой некогда добывали бутовый камень - бут, который использовался в основании домов и строительстве дорог. В XIX столетии название «Бутово» получила железнодорожная станция и прилегающий к ней поселок. Позднее это название присваивают два современных муниципальных района. После революции имение, а с ним и вся земля (два квадратных километра), располагавшиеся неподалеку от Бутово в силу многих обстоятельств переходят государству. В 20-хх годах XX века часть имения занимает сельскохозяйственная колония ОГПУ. В середине 30-ых эту территорию огораживают колючей проволокой и организуют стрелковый полигон. На котором впоследствии соревновались не только в меткости, но жестокости и количестве убитых.
Осужденных здесь расстреливали вплоть до 1953 года. Многих - «за контрреволюционную агитацию». Для нескольких сот священнослужителей полигон стал местом казни.
Тогда это было строго засекречено. На мемориальной плите в южной части полигона есть надпись: «В этой зоне Бутовского полигона в 1937-1953 гг. НКВД-МГБ были тайно расстреляны и захоронены многие тысячи жертв политических репрессий».
О том, что творилось на полигоне, принадлежавшем НКВД, боялись даже подумать, потому что всякие подозрения могли повлечь за собой собственный арест или арест кого-то из близких.
К сожалению, этой страницы истории нет в школьных учебниках. А она касалась судеб многих людей, в том числе и жителя Александровского уезда.
Год женитьбы Ильи Ивановича неизвестен, но в 1892 году у них с женой рождается сын Павел. Все это время Илья Иванович работает ткачом на ткацкой фабрике в Александрове (Барановская фабрика, в советское время фабрика Ф.И. Калинина) и одновременно прислуживает в церкви. В 1920 году он становится вдовцом и принимает решение оставить мир и пойти в монастырь.
В этом же году он поступает в Богородице-Рождественскую Лукьянову пустынь, расположенную в 12-ти километрах от Александрова. Здесь принимает монашеский постриг. Затем монаха Илью рукополагают в иеромонаха. В 1932 году монастырь разоряют, чем вынуждают монашествующих оставить обитель. Отец Илия служит в одном из храмов Александрова (вероятнее всего, это был Боголюбский храм, что у рынка).
Летом 1937 года храмы в Александрове закрывают, а священство арестовывают. Отцу Илье тогда исполнилось 70 лет и НКВД его оставляет в покое, очевидно, потому, что сочло его старым для каких-либо агитационных действий против советской власти.
27 июня 1937 года он поселяется в селе Еремеево Истринского района Московской области и становится настоятелем храма Вознесения Господня (нынешний настоятель храма написал икону преподобномученика Илии - теперь небесного покровителя храма и села).
Относительного спокойствия, если оно и было вначале, хватило всего на несколько месяцев. Недовольство местных властей служителем церкви «вылилось» в то, что 12 февраля сельсовет выдал для НКВД справку, что отец Илья «по социальному положению является человеком чуждым. Вследствие изменений материальных жизненных условий питает недоверие к советской власти. Во время религиозных служб отвлекает некоторых колхозниц от работы в колхозах».
Через несколько дней на допрос пригласили жителей села, в частности, хозяина квартиры, в которой жил иеромонах Илия. 20 февраля 1938 года местный оперуполномоченный НКВД отправил своему начальству рапорт с ходатайством арестовать священника «как отъявленного врага народа». Поводом для ареста священника послужили высказывание отца Ильи о советской власти. Из справки (25 февраля 1938г.) на арест: «...Вятлин говорил: «Советская власть всех крестьян загнала в колхоз, где мучают их, не дают веровать в Бога. А нас, священников, советская власть совсем задушила... Здесь большевики нас пока не забирают. Вот где я раньше служил священником, там всех забрали и посадили в тюрьму...».
Через 8 дней его арестовали. Вот выписка из допроса:
«- Что вас заставило в 1920 году стать монахом, а затем священником? - спросил следователь.
- Мои религиозные убеждения и то, что мне уже было тогда пятьдесят лет,- ответил отец Илья.
- Следствию известно, что вы среди населения в селе Еремеево проводили контрреволюционную агитацию и говорили: «Советская власть всех крестьян загнала в колхоз и их мучает, а нас, священников, совсем задушили большевики. Вот скоро фашисты расправятся с Испанией, а потом будут расправляться с большевиками. Крестьяне мало стали посещать церковь, и нет дохода священникам. Это потому, что большевики агитируют против религии». Дайте на этот счет показания.
- Поскольку, я человек убежденный в вере, то мне действительно не нравится политика советской власти, которая агитирует против религии, поэтому я действительно говорил прихожанам, что советская власть окончательно задушила религию и нас, священников, и крестьян в колхозах мучают и не дают веровать в Бога. Но в отношении расправы фашистов над коммунистами я ничего никогда не говорил, и даже не понимаю, что за фашисты.
После допроса иеромонаха Илью в ожидании приговора заключили в Волоколамскую тюрьму. Осужден был за «контрреволюционную фашистскую антиколхозную агитацию, распространение провокационных слухов».
В документах было указано, что осужденный виновным в контрреволюционной агитации себя не признал. 2 марта тройка УНКВД СССР по Московской области приговорила его к высшей мере наказания - расстрелу.
В ожидании исполнения казни отца Илью перевели в одну из московских тюрем НКВД и 5 апреля 1938 года (через месяц после объявления наказания) его расстреляли и погребли в безвестной общей могиле на полигоне Бутово под Москвой. Ему шел 72-ой год.
Среди тысяч невинно осужденных свою смерть здесь встретили и 13-летние подростки и 80-летние старцы.
Память преподобномученика Илии совершается в день его смерти – 5 апреля, а также в день празднования Собора новомучеников и исповедников Российских – 2-ое воскресенье после 25 января.
Буквально каких-то 20 лет назад вся информация по останкам расстрелянных была засекречена. Даже родственники, пытавшиеся найти хоть какие-то сведения, уходили ни с чем. Сейчас книги памяти о расстрелянных на Бутовском полигоне пополняются новыми именами. В прошлом году в одном из таких списков дочь нашла своего отца, которого искала 75 лет. Еще живая супруга отыскала своего мужа-священника. Это произошло в день памяти собора новомучеников, пострадавших на Бутовском полигоне.
У каждого из родственников расстрелянных своя история, так или иначе затрагивающая нашу современную жизнь. «Это мой прадедушка. Теперь священномученик», - произносит со слезами на глазах женщина, указывая на икону в углу. Икон, написанных совсем недавно с изображением святых XX века, в храме несколько десятков. На них изображены святые, пострадавшие за православную веру в 1937 – 1938 годах.
В нижнем храме собора Воскресения Христова в честь Державной иконы Божьей Матери в открытой музейной экспозиции представлены фотографии расстрелянных, обувь, поднятые из раскопа и принадлежащие осужденным, Богослужебные книги, ноты, дневниковые записи, священническая одежда некоторых священномучеников, пострадавших за веру и Церковь.
В сонме святых прославлено более 300 человек, расстрелянных в Бутове. В храме Живоначальной Троицы, что на Бутовском полигоне, много таких икон с изображением новомучеников, пострадавших за веру в середине XX столетия. Сколько их неузнанных осталось, Бог весть. Когда на службе в храме священник поминает их, он так и произносит «знаемых и незнаемых».
Только по официальным данным в период с августа 1937 по октябрь 1938 гг. на полигоне расстреляли около 21 тысячи человек. В их числе крестьяне, рабочие, служащие, интеллигенция, бывшие военные, общественные и государственные деятели. Среди архиереев РПЦ, пострадавших в Бутове, Николай (Добронравов) архиепископ Владимирский и Суздальский.
Сейчас на территории Бутовского полигона действует 2 храма: деревянный в честь святых новомучеников и исповедников Российских и каменный пятиглавый собор Воскресения Христова и воздвигнуты 2 поклонных креста.
Ежегодно в день памяти собора новомучеников, в Бутове пострадавших, на территории памятника истории «Бутовский полигон» совершается Патриаршее богослужение. В этом году оно состоялось 23 мая в 5-ую неделю по Пасхе. Обычно на это богослужение приезжают родные, близкие и знакомые тех, кто пострадал здесь за веру и не только (здесь покоятся останки людей разных национальностей, конфессий) и просто паломники, школьники, желающие поклониться праху святых земли русской и всегда помнить об этих, пусть и страшных, страницах российской истории.
Н.НИКИТИНА.
По материалам сайта http://drevo.pravbeseda.ru/. На фото преподобномученик Илия (Вятлин) (фотография сделана за несколько дней до расстрела), храмы и Поклонный крест на Бутовском полигоне, освященный на Соловках и прошедший в 2007 году свой крестный путь от Соловков до Москвы.