Progorod logo

«ПТЕНЦЫ» ПЕТРА ВЕЛИКОГО

21 марта 2012Возрастное ограничение16+

В этом году исполняется 340 лет со дня рождения Петра Великого. В Александрове мы связываем это имя с названием Немецких гор. Здесь в 1689 году юный царь Петр Алексеевич проводил со своими «потешными» маневры. В 2011 году Александровским художественным музеем и историко-краеведческим клубом «Отечество» при поддержке предпринимателей, для которых дорого содержание слова «малая родина», был установлен памятный знак и проведен первый фестиваль «Виват, Россия!» Сегодня мы познакомимся с судьбой двух людей, которые начинали с «потешных» и имена которых связаны с Александровской землей, они были рядом с Петром Великим, которым государь доверял – Иваном Ивановичем Бутурлиным и Ипатом Калиновичем Мухановым.

Потешные войска возникли из так называемого Петрова полка, который был сформирован царем Алексеем Михайловичем из «малых робяток» первоначально для забав царевича. Число их, сначала не превышавшее 50, быстро увеличивалось — в «потешные» стали записываться и взрослые. В 1682 году «потешная» площадка была устроена рядом с кремлевским дворцом. С 1683 года забава переросла в настоящее военно-практическое обучение. В 1684 в подмосковном селе Преображенском был возведен «потешный городок» Пресбург, где проводились маневры.

В 1686 году Конюшенному приказу было предписано выслать в село Преображенское семь конюхов для записи их в потешные пушкари. В числе присланных были А.Д. Меншиков, князь М.М. Голицын и сын стольника царя Алексея Михайловича Иван Иванович Бутурлин, который в 1687 году был пожалован в премьер-майоры Преображенского полка.

В 1700 году Бутурлин, будучи уже генерал-майором, привел из Москвы к Нарве Преображенский, Семеновский и 4 пехотных полка; при этом отряде находился и сам царь. На другой день после битвы, Бутурлин сдался на капитуляцию вместе с другими генералами, вследствие обещания Карла XII дать свободный пропуск русским войскам. Но король не сдержал обещания, и Бутурлин; в числе других 10 генералов, отправлен был в Стокгольм военнопленным.

Попытка его в 1703 году бежать из плена вместе с генералом Вейде и князем Трубецким не удалась: он был пойман, «зело обруган, бесчещен градодержавцем» и заключен в тюрьму. Заключение окончилось в 1710 году обменом его на шведского военнопленного генерал-майора Мейерфельда.

Степень значения Бутурлина в глазах Петра и доверенности к нему монарха выразилась в новом возложенном на него поручении. 4-го декабря 1710 года, Бутурлин, по указу царскому, выехал из Ростока и 5-го декабря приехал в Шверин, с тем, чтобы сопровождать царицу Екатерину Алексеевну в Амстердам, куда, 6-го декабря, прибыл государь

В 1711 году Бутурлин командовал войсками, оберегавшими Украину от крымских татар. В следующем 1712 году Бутурлин командовал войсками, расположенными около Митавы, а в 1713 году действовал в Финляндии, у Гельсингфорса, в котором, после занятия его без боя, оставлен был с отрядом в 3000 человек.

В октябре того же года, уже в чине генерал-лейтенанта, под начальством князя М. М. Голицына Бутурлин участвовал в поражении шведов на реке Пелкуне.

27 июля того же года Бутурлин был участником поражения шведского флота у Гангута.

11 февраля 1716 года Бутурлин был назначен командиром галерной эскадры, с которой, по приказу государя, в мае должен был отправиться к Ростоку. Предположенная высадка в Швецию не состоялась из-за нерешительности союзников Петра, и эскадра, как и войска Шереметева, расположились у Ростока, где Бутурлин занимался постройкой новых галер.

24 апреля 1717 года Бутурлин, в свите Петра, приехал в Париж.

В 1718 году Бутурлин принимал видное участие в розыске по делу царевича Алексея, и в числе других поставил подпись под смертным приговором сына Петра I. В этом же году Иван Иванович назначен был командиром Преображенского полка. В июне того же 1718 года Бутурлин, в качестве асессора, был в составе военного суда над Меншиковым, Апраксиным и Я. Ф. Долгоруковым, решившим пополнить свое состояние за счет казны, а в ноябре следующего 1719 года назначен членом вновь учрежденной военной коллегии, и в этой должности находился до 1722 года.

В 1720 году Бутурлин ездил с государем на вновь открытые минеральные Олонецкие воды, и тогда же на судах ходил к Аландским островам и берегам Швеции. В день торжества Ништадского мира, 22 сентября 1721 года, Бутурлин произведен в генерал-аншефы.

Надо отметить, что Иван Иванович Бутурлин ни разу за свою службу государю не дал повода усомниться в нечестности, в отличие от того же А.Д. Меньшикова, который был на тот момент богатейшим человеком в России и не раз «забывал», где его личные деньги, а где казенные.

В 1725 году, по кончине Петра, Бутурлин долго не соглашался стать на сторону лиц, действовавших в пользу Екатерины, но, убежденный потом Меншиковым, окружил дворец гвардейскими полками и приказал ударить в барабаны. Находившийся тогда во дворце Репнин гневно спрашивал, кто мог распорядиться таким образом без его ведома. Бутурлин сказал, что это сделано по его приказанию и что в данном случае он действовал по повелению своей государыни.

Такая услуга Бутурлина не могла быть забыта Екатериной. В начале нового царствования мы видим Бутурлина в чести: при погребении императора Петра он несет за гробом корону империи всероссийской. По случаю бракосочетания цесаревны Анны Петровны с герцогом Голштинским Карлом Фридрихом, 21-го мая 1725 года, Бутурлин награжден орденом Андрея Первозванного и, 30-го августа того же года — вновь учрежденным в тот день, орденом Александра Невского.

У Екатерины I Бутурлин был в милости, но вскоре участие его в заговоре, имевшем целью низложение Меншикова, погубило его. Уцелевший Меншиков ничего не мог сделать заговорщикам при Екатерине, но, сделавшись всесильным при ее преемнике, он отомстил им, а, следовательно, и Бутурлину: лишенный чинов и знаков отличия, Бутурлин сослан был на безвыездное жительство в свои поместья, а вскоре потом лишился и всех деревень, пожалованных ему Петром Великим, которые были отобраны у него Долгоруковыми, занявшими при Петре II место и роль Меншикова. У Бутурлина осталось только родовое село Крутец во Владимирской губернии, недалеко от Александровской слободы.

Предание сохранило рассказ о посещении опального генерала цесаревной Елисаветой Петровной в сельский храмовый праздник Успения Богородицы, в период ее проживания в Александровской слободе в конце 1720-х – начале 1730-х годов. Известны также вклады И.И. Бутурлина в Успенский девичий монастырь, где он и был похоронен в 1738 году.

В 1689 году число «потешных» пополняет «Ипат Калинов сын Муханов», которому к тому времени исполнилось 12 лет. Когда Ипату исполнилось 20 лет, Петр I направляет его в числе первых трех десятков молодых людей в Голландию «волонтером для изучения морского дела», определив его в Амстердаме на иностранный корабль. «Для безопасного проезду и бытия в государствах» дана ему была «царского величества свидетельствованная грамота» от 1 марта 1697 года, удостоверявшая о направлении в государства европейские «Преображенского нашего полку солдата Ипата Муханова для науки морских художеств и воинских дел».

В 1705 году, при переезде берегом Невы из Санкт-Петербурга в Шлиссельбург, он попадает в плен к шведам и возвращается только через два года и уже 23 ноября 1707 года вместе с Петром I справляет именины А.Д. Меньшикова.

В 1709 году Петр Алексеевич сосватал Ипата Калиновича за Ирину Васильевну Полянскую, урожденную Нестерову, вдову стольника Никиты Алексеевича Полянского, убитого в сражении в сентябре 1708 года.

В 1610 году, следуя указаниям Петра I, Ипат Муханов командует отрядом из десяти бригантин, содействуя в доставке провианта для войск, осаждавших Выборг. Находясь «при государе» и в морском походе, и при взятии этого укрепленного города, Ипат посылается вскоре с секретным поручением к фельдмаршалу Б.П. Шереметьеву, осаждавшему Ригу:

«Господин поручик! При сем послано к вам письмо, подписанное на имя господина Шереметьева, которое имей при себе в великом бережении (секретно, чтоб никто не ведал) до такового времени, пока, Бог даст, наши люди в Ригу введены будут; а когда то с помощью Божиею учинитца, тогда оное письмо ему вручи и для сего дела останься у Риги, а для чего ты послан, о том деле с рапортом пришли сюда сего курьера. Из Выборга 20 дня июня 1710 Петр.»

Речь и дет о послании с поздравлением Петра со взятием Риги, написанное тогда, когда этого еще не произошло, тогда становится понятен смысл письма.

Усердие Ипата радует государя: по высочайшему повелению он жалует ему в Москве дом, а в феврале 1712 года приглашает, в виде особого благорасположения, шафером на бракосочетании со своей спутницей Екатериной, состоявшейся с «царским великолепием». При «сей церемонии», происходившей при сильной артиллерийской пальбе, представители царствующего дома, чужестранные, российские министры и «все знатные духовные и мирские особы угощались за свадебным монаршим столом, ввечеру же блистал шумный бал и небо озарялось фейерверком».

После скоропостижной смерти жены, последовавшей в 1713 г. «от родов», Ипату достается от нее в наследство вотчина с селом Новинки Переславского уезда (оно же село Успенское Александровского уезда), ныне поселок Муханово Сергиев-Посадского района Московской области.

По прошествии года после кончины Ирины 37-летний Ипат Муханов с благословления императора женится на 19-летней княжне Марии Ивановне Шаховской, предки которой являлись прямыми потомками Ярослава Мудрого. Отец супруги, являясь комнатным стольником при царе Иване Алексеевиче, «больном и неспособном» брате Петра I, не пожалел дать за своей единственной дочерью в качестве приданого целых три деревни. Вскоре после свадьбы, в день рождения Марии Шаховской, в «Журнал» Петра I за 1714 год вносится запись: «1 апреля Его величество был у Троицы у обедни и кушал у Муханова».

С наступлением теплой погоды, получив под свою команду судно «Принцесса», Ипат по указанию государя направляет ее в Ревель, а после известного гангутского сражения, приняв от «капитана командера Сиверса» шведские суда с пленными, конвоирует их в Выборг. И в дальнейшем он выполняет ответственные поручения государя.

В конце 1714 года возвращение Ипата Калиновича в Санкт-Петербург было ознаменовано долгожданным семейным событием – Мария Ивановна родила дочь, названную Анной.

Через год с небольшим после рождения дочери, а именно 3 января 1716 года, в «Журнал» Петра I вносится запись: «Их величество были у капитан-поручика Муханова на крестинах». Событие это, весьма почетное для Ипата, состояло в том, что государь «благоволил воспринимать у г. поручика Муханова от купели сына его, у которого и кушать изволил». Крестника назвали Иваном в честь деда – князя Ивана Перфильевича Шаховского.

Пришло время приоткрыть тайну явной симпатии самодержца России к бедному дворянину не самого знатного происхождения. Согласно семейному преданию Мухановых, детские годы Ипата прошли в Москве, в собственном родительском доме, располагавшемся в приходе церкви Николы в Столпах, вблизи дома боярина Артамона Матвеева, куда в свое время приезжал вдовый царь Алексей Михайлович. От брака его с Натальей Нарышкиной, воспитанницей Матвеева и родился Петр I. Через два столетия после этих событий правнучка Ипата Калиновича – «фрейлина высочайшего двора» Мария Сергеевна Муханова за несколько лет до своей кончины успела донести до нашего времени любопытнейшие картины ушедшей жизни, заимствованные из рассказов отца и его братьев. «Дом Муханова был в нынешнем Армянском переулке, против дома боярина Матвеева, где часто в своем детстве бывал Петр I. Когда боярин ложился отдыхать после обеда, молодой Петр Алексеевич перебегал через улицу к Мухановым поиграть с Ипатом. В течение всей жизни царь очень любил его и держал при себе. Муханов был его денщиком. Ипат имел звание капитана второго ранга и всегда командовал тем фрегатом, где был царь. Раз Муханов, когда царь располагался на фрегате, сказал ему: «Во все ты умен, Петр Алексеевич, но дело морское я лучше тебя разумею, а потому не мешай мне».

Семейное предание семьи Мухановых донесло до нас эпизод, когда Петр, обрадованный какой-то победой, спросил Ипата: «Чем мне одарить тебя на радости?» Тот отвечал: «Я столько уже получил от тебя, государь, что мне ничего не нужно – думай о других». Царь в это время одевался и, сняв сорочку, отдал ее Муханову на память. «Она долго хранилась у дяди моего, Алексея Ильича, - вспоминала упомянутая выше Мария Сергеевна, - но в суматохе 1812 года ее забыли вывезти из Москвы, где она и пропала».

Последнее утверждение Марии Сергеевны о пропаже сорочки императора опровергается в книге Г.А. Кудинова «Забытая дворянская усадьба». Он ссылается на свидетельства крестьян села Успенского (Муханово) и деревни Сущево, видевших в начале XX столетия в одной из комнат «стильного дворца» Мухановых «серебряную сбруйку для верхового коня и с плеч шелковую рубаху», подаренную Петром I Игнату Калиновичу и переданные последним наследником имения – Ильей Дмитриевичем в неизвестный музей незадолго до 300-летнего юбилея дома Романовых.

Согласно семейному преданию, смерть государя потрясла 48-летнего Ипата, в результате чего «с ним сделался апоплексический удар». 31 мая 1726 года по прошению, в связи с болезнью, Ипат Калинович был уволен со службы в чине контр-адмирала. Скончался он 22 мая 1729 года и был похоронен в Иоанно-Златоустовском монастыре в Москве.

12 июня 2012 года на территории историко-природного ландшафта «Немецкие горы», пройдет Второй городской фестиваль «Виват, Россия!», где нам представится возможность отдать дань всем тем, кто берег и приумножал Россию, в том числе для нас.

В. РЕВЯКИН, зам. директора АХМ, председатель историко- краеведческого клуба « Отечество»

Перейти на полную версию страницы