РЫБОЛОВНЫЙ «БАЗАР»
- 20 января 2010
- administrator
РЫБАЛКА НА РЕКЕ НЕМДА
Рыбацкая душа постоянно ищет новых мест, новых встреч, новых уловов.
Информация о хорошей ловле в тех далеких костромских местах, на реке Немда, пришла с двух сторон. Сначала она всплыла в разговорах с Глебом Алексеевичем Федоровым и Анатолием Степановичем Касимцевым. Они говорили о своих друзьях – врачах из Костромы, которые звали их на эту реку, на зимнюю рыбалку по последнему льду где-то в конце марта – начале апреля, когда талая весенняя вода начинает попадать в реки. Подобная информация пришла и от Алексея Богданова, чей родственник Евгений из Заволжска, где жил, ездил по последнему льду туда же, на Немду, и постоянно приглашал его на рыбалку.
Ехать, конечно, далеко. Всего по Ярославке на Кострому расстояние получается около 430 километров. У Ярославля уходишь вправо, дальше – Данилов, Судиславль, Кадый и едешь по правому берегу Немды, которая в Кадые еще ручеек, более 30 км до нефтебазы, которая расположена в устье Немды. Да и дорога весной плохая, на легковых машинах в ряде мест можно проехать только утром по морозу.
Но однажды мы все-таки решились. И где-то в годах 1983 – 1984-м, наконец, познакомились с Немдой.
В ту поездку мы сорвались по звонку Евгения. «Быстро приезжай - позвонил он Алексею в пятницу утром – очень здорово клюет плотва, окунь и подлещик в среднем течении Немды, километрах в 20 ниже Кадыя».
В тот же день после работы мы рванули в путь. За Судиславлем встретились с заволжскими рыбаками, путь у которых до места встречи гораздо короче, чем у нас. Доезжаем следом за ними до реки. На берегу – машин 50. Всяких – и вездеходов, и микроавтобусов, и просто легковушек передне- и заднеприводных.
Уже светло. Погода – блеск. Тихо падают снежинки, покой и благодать. Народ на реке ловит. Я с тестем Александром Васильевичем сажусь под крутой берег рядом с автомобилем. Николаич с родственником и его партнерами пошли выше по реке. А там образовался настоящий «базар» из рыболовов. Кое-кто уже вытаскивает из лунок рыбу – то окуня, то плотву, то подлещика.
Ловим на игру мормышки у самого дна. Качаешь ее и находишь амплитуду, на которую сегодня рыба обращает внимание и берет насадку. Плотва берет осторожно и по-разному – то поднимет кивок, то слегка пригасит его. Подлещик практически всегда поднимает кивок вверх, а окунь – разбойник берет резко, с отдачей в руку. Рыба не очень крупная, но весело. Ловят вокруг все, поэтому никто никого не обуривает.
«Базар», в который ушел Алексей, двигается от нас вверх по реке, и где-то через час, может, немного больше, рассаживается. Рыбаки потихоньку идут вниз. Все это происходит в километровой видимости. Алексей с Евгением подходят к нам. «Ну, как?» - смотрят рыбу, показывают свою. У них крупнее и в основном плотва и окунь. Перекусили. А тем временем неподалеку от нас опять формируется «базар» из рыбаков.
Евгений командует: «Пошли». Бурим, опускаем снасти. Две-три рыбины – и все. Переходим вперед толпы. Две-три рыбины – и впереди тебя опять рыбаки. Шум работающих буров, топот ног. На льду очень много снега, поэтому, пробурив лунку, приходится несколько раз махнуть ногой, чтобы убрать лишний, вынуть шумовкой снег и лед из лунки и только потом опустить мормышку. В толпе рыбаки не стесняются обуривать. То и дело слышишь: «Мужик, наклони голову влево, а то ручкой бура задену», «Поосторожней, ты мне леску оборвешь». А то и кто-то, наклонив бур под углом, пытается пробурить лунку тебе под ящик, будто только под тобой стоит стая рыбы.
Вот так волнами, большой кучей ловили весь день до вечера. По-видимому, рыба стаями шла вверх по течению на свежую воду.
После этой рыбалки на клев в среднем течении Немды мы больше не попадали и переместились в низовье.
МАРШ-БРОСОК С ПОЛНОЙ ВЫКЛАДКОЙ
- Сейчас придем, и я не знаю, что с ним сделаю…
Василич злой, ругается почем зря. Еще бы!
Мы идем по дороге между деревней Меленки и селом Рождествено, что в Кадыйском районе Костромской области. С ледобурами, зимними рыболовными ящиками наперевес, в полной зимней рыбацкой амуниции, а это значит одетые в теплое белье, зимние штаны и куртки, валенки с бахилами. Тяжело. Да еще дорога раскисла, да еще идет дождь, и верхняя одежда намокла. По колеям без конца скользим и спотыкаемся… Не идем, а еле ползем. А до села, где мы остановились на ночлег, километра три. Гостиница на нефтебазе, где обычно останавливаемся, забита до отказа, а поэтому на ночлег устроились в селе неподалеку.
Олег, хозяин ЛУАЗА, он же водитель, должен был нас после рыбалки встретить на берегу реки сразу за нефтебазой. Мы договорились, что он будет ждать в 18 часов. Но идем уже около часа – и ни Олега, ни машины. Надежда еще теплится – вот сейчас навстречу подъедет, просто почему-то задержался. Но навстречу в сторону реки никто не едет, наоборот – все машины едут в другую сторону. От этого еще тяжелее – то и дело приходится, пропуская их, уходить с дороги. Про себя вспоминаю, что смутные предчувствия чего-то подобного меня посещали с самого утра, когда мы вышли из машины и отпустили Олега назад в деревню. А отпустили, потому что хозяйка дома, где мы остановились на ночлег, уговорила его, да и всю нашу компанию, помочь ей – отвезти на рынок с пяток небольших поросят, которых подошла пора продавать. Еще вечером решили, что мы двое, Василич и я, поедем рыбачить, а Олег с хозяйкой и Анатолий Степанович, который сам вызвался помочь, отправятся на рынок в Кадый. Вечером же, после торговли, приедут забрать нас с реки.
План хорош. Только вот их нет, а мы идем усталые, злые и мокрые. Причем, мокрые и снаружи – от дождя, и изнутри – от пота. Да еще с утра прошли пешком по реке около 3 км выше нефтебазы. Река в этом месте становится русловой, большой разлив начинается ниже нефтебазы, можно сказать, там начинается уже горьковское водохранилище. А здесь, вверху, Немда обретает черты реки с пологими и крутыми берегами. До недавнего времени она была сплавной рекой, по ней доставлялись спиленный в верховьях лес и поэтому дно ее изрядно усеяно затонувшим лесом, топляком. Среда обитания для рыбы великолепная. Ловится и на игру мормышки и на стоячую удочку. Главное попасть мормышкой между бревен на дно. Приходится иногда и перебуриться, чтобы найти такое место. Но уж если нашел, то удача будет. Ставишь в натяжку снасть, чтобы кивок сам прогибался под тяжестью мормышки, и при касании рыбой мотыля на крючке он начинает приподниматься. Подсечка – и красноглазая серебристая красавица с ярко-красными плавниками на льду. При весе более 200 граммов плотвица поднимается медленно. А леска тонкая, поэтому и сам не форсируешь события, чтобы ее не оборвать. Сначала рыбина поднимается спокойно, но, увидев свет в лунке, начинает сопротивляться сильнее, делает натяжку вниз, стараясь уйти от попадания на лед. Для того чтобы не допустить обрывов, и чтобы выход рыбы из лунки был более спокойным, присыпаем лунку сверху снежком. В азарте, бывает, забываешь перевязаться, то есть перевязать мормышку, а при такой ловле леска постепенно перетирается о край отверстия в мормышке, утончается и, в конце концов, может на какой-то рыбине просто оборваться. Поэтому леску с мормышкой периодически проверяешь на разрыв и по мере надобности перевязываешь ее. Хотя отверстие под леску в мормышке и зенкуешь, износ все равно есть.
Если плотвица большая по весу, то у лунки она останавливается, начинает ходить кругами. Тут надо проявить терпение – дать ей устать и только потом заводить в лунку. Сначала из лунки выпирает вода, а потом уже появляется плотвица. Берешь ее прямо в лунке за голову, не приподнимая, потому как можно оборвать леску…
Упоительное действо для истинного любителя – рыболова. Говоря о нем, я подвожу свой рассказ к тому, что плотва в тот день клевала, как никогда. Наловили по полному ящику. И теперь, бредя по бездорожью, пожинаем плоды удачной рыбалки. С каждым шагом ящики как бы становятся все тяжелее.
Но вот кое-как добрели. Открываем калитку, идем к дому. ЛУАЗ стоит, на улице никого. Но в доме свет (пока шли, стемнело). Василич первым заходит в дом. Лицо злое. Он у нас в компании главный – все сборы, весь план действий происходит под его руководством.
Иду следом за ним. Переступив порог, сначала вижу лицо Василича. Немая сцена, затем выражение на нем начинает меняться и вот он начинает хохотать.
Недоумевая, перевожу взгляд внутрь дома и вижу следующую картину. За большим столом сидит хозяйка дома, с которой Олег и Анатолией Степанович ездили продавать поросят. Ей лет 55 – 60. Она сидит в халате и кофте, сильно выпившая, и тихо поет какую-то застольную песню. Рядом в живописной позе за столом спит Олег. Голова у него, изрядно лысая, лежит щекой в деревянном корыте с холодцом, а губы как бы тянутся к куску холодца. Рядом с нами на печи у двери лежит хозяин и чего-то бубнит себе под нос. В соседней комнате спит Степаныч.
Мы хохочем без удержу. Василич от смеха даже на пол сел. Куда делась наша злость.
Продавцы и помощники, оказывается, по-русски, по-деревенски обмыли успешную продажу поросят. И конечно, забыли про нас.
На следующий день, утром, узнали, что товар они продали меньше, чем за час. Ну а потом закупили обмывку, закуску. И началось…
Следующим днем на рыбалку поехали всей компанией. На вчерашних лунках рыба не брала, стали искать, куда она свалила. Рыбаки, идущие сверху, подсказали, что там тоже ни поклевки. Решили двигаться вниз по реке. Мы с Василичем вдвоем. Потому что Олег остался в машине, едва мы подъехали к реке: – «Высплюсь и приду в себя, а то плохо себя чувствую». Степаныч, отойдя немного от машины, сказал, что тоже далеко не пойдет. Не мудрено после вчерашнего-то…
Ну а мы с Василичем протопали вверх километра 3 и начали теперь двигаться к машине, облавливая приглянувшиеся места. На стоячую снасть рыба не брала, поэтому подбирали уловистую мормышку на игру. Уже ближе к машине (во второй половине дня, с левой стороны реки, рядом с затопленными кустами) нашли плотву. Брала на темпераментную игру, на черную уралочку с насадкой былинника и мотыля – так называемый бутерброд. Наловили. Не так много, но душу потешили.
А наутро погода резко испортилась. Поэтому единогласно решили ехать домой. До свидания, Немда! До новых встреч!
В. САВЕЛЬЕВ.