ВОЛОДЯ
- 27 февраля 2013
- administrator
Я познакомился с Владимиром Сергеевичем Маловым в Александровском художественном музее на одном из заседаний клуба «Отечество». Он сразу привлек мое внимание огромной эрудицией в нашем краеведении. Своей манерой общения он мне сразу напомнил известного писателя Э.С. Радзинского. Мы быстро сошлись, что называется, накоротке. Часто после заседаний клуба шли пешком домой в Черемушки, обсуждая разные вопросы, в основном об истории. Меня поразили его подробные знания о событиях, происходивших в нашем городе и уезде. Чаще всего наши точки зрения совпадали. Спорили мы с ним только об Иване Грозном. Володя, конечно, защищал его, как кормильца и поильца музея «Александровская слобода», а я напоминал о кровавых событиях той эпохи.
Несколько лет подряд мы летом ходили купаться на плотину. Когда подходили к Новинкам, то я, указывая на крайний дом над обрывом, с усмешкой вспоминал строки из начала «Тихого Дона»: «Мелеховский дом на самом краю хутора». Невозможно забыть романтические темные ночи, когда мы после купания отмечали это событие, поглядывая на маслянистую гладь воды. А после шли босиком по песку, со смехом вспоминая некрасовские строки: «Ну пошел ты ради бога. Небо, ельник и песок». Один раз мы съездили в гости к нашему другу в Балакирево, где после работы на участке тоже провели незабываемый вечер на природе. В другой раз в поисках приключений, зимой поздно вечером, отправились в Крутец. Для того чтобы ощутить романтическую атмосферу, обошли вокруг помещичьего дома и отправились восвояси. Еще не раз мы вспоминали весеннюю прогулку вечером после работы на Немецкие горы. К счастью, сохранились несколько фотографий, запечатлевших наши чудачества.
Володе, как натуре артистической, очень удавалась роль Деда Мороза на праздниках в музее «Александровская Слобода». Он с нетерпением ждал конца декабря, когда можно будет в образе любимого персонажа несколько недель встречаться со взрослыми и детьми. Володя даже придумал специальное слово для обозначения этого действия – «дедморозить».
Когда невозможно было встретиться непосредственно, мы, бывало, по полчаса болтали по телефону. Он обращался ко мне с чуть насмешливым выражением: «Здравствуй, душа моя». А я, ерничая, отвечал гоголевским: «Здравствуй, душа моя, Тряпичкин». И добавлял от себя несколько манерно: «Ласкаюсь мыслью видеть тебя в добром здравии». После этого мы с наслаждением обсуждали краеведческие публикации и события. Он очень дорожил дружбой со мной и даже обещал назвать внука моим именем.
Я всегда с трепетом читал его статьи в газетах и сборниках. Они, конечно, отличались обстоятельностью и новизной. Как правило, по темам, о которых рассказал Володя, в ближайшее после этого время трудно было разыскать что-то новое. Это было результатом кропотливейшей работы в архивах, музейных хранилищах, а также расспросов старожилов. Так, например, появилась подробнейшая статья об истории нашего ликеро-водочного завода.
Эти же знания им с успехом использовались и во время проведения музейных экскурсий. Он с наслаждением много лет собирал коллекцию легенд Александровского уезда, обязательно указывая автора каждого сообщения. К сожалению, Володя не смог доработать и опубликовать невероятно интересную биографию своего отца. Не был обработан и известный ему материал по родословной. Из нее очень интересными моментами были раскулачивание его предков в Сибири и происхождение со стороны матери из рода дворян Головинских, даже имевших свой герб, который Володя разыскал. К счастью, его детская память сохранила ценнейшие подробности жизни в разоренном Лукьянцевском монастыре.
Он хорошо запомнил свой приезд в Александров и крещение в Троицком соборе. Я подарил ему нательный крест и уговорил, как крещеного человека, не снимать его. Хотя Володя и редко сам заходил в церковь, но с энтузиазмом вспоминал свою, к сожалению, единственную паломническую поездку. Также он с гордостью вспоминал свой резкий отказ на предложение секретаря парткома радиозавода вести атеистическую пропаганду. С удовольствием он любил говорить о посещении храма в составе группы однокурсников после сдачи вступительных экзаменов в институт. В эпоху господствующего атеизма они посчитали нужным поставить свечи для того, чтобы выразить Господу свое признание после столь значительного события.
В середине 2000-ых годов мы с ним смогли оказать помощь строящемуся храму в Крутце. Несколько часов ушли на разбрасывание песка и керамзита.
Казалось бы, ничто не предвещало надвигающегося несчастья. Только последние года два он уже тяжело переносил большие переходы и поэтому предпочитал домой ездить на автобусе. Последний раз мы случайно увиделись в его день рождения 6 февраля 2012 г. Душевно поговорили и расстались, как оказалось, навсегда. 24 февраля страшный телефонный звонок и как обухом по голове: «Ты знаешь, вчера Володя умер». Дальше все как обычно в таких случаях: отпевание в Христорождественском соборе и похороны на новом кладбище. А после этого тягостная пустота в душе, особенно когда натыкаешься в справочнике на его телефонные номера: уже некуда позвонить, уже никогда я не услышу его напевный голос.
Мир праху твоему, Володя.
А. САВИНОВ,
историк.