ПОДАЙТЕ ХРИСТА РАДИ!
- 3 октября 2013
- administrator
Живущие милостыней для России не новшество. Попрошайки нередко являлись главными и второстепенными действующими лицами произведений наших классиков — ведь жизнь тех, кто оказался «на дне» так разительно отличается от нашей.
Издавна принадлежащие к категории «алкоголиков-тунеядцев» наши сограждане выбирали местом своего пребывания вокзалы — здесь всегда людно, кто-нибудь да раскошелится. А в Александрове и церковь рядом — так I что стоящих на паперти по воскресеньям и церковным праздникам едва ли не больше, чем пассажиров и прихожан вместе взятых.
Все они такие похожие — грязные, одутловато-синюшные и беззубые, порой искалеченные «судьбой-злодейкой» - и в то же время такие разные. Вот Димка (ему, правда, за пятый десяток перевалило, но на всю жизнь за ним останется это пацанское имя — само-собой, никто из собутыльников не зовет его ни Дмитрием, ни по имени-отчеству). Димка живет попрошайничеством редко — когда уходит в запои. А так помогает торговцам у «Прогресса» раскладывать свой товар, нанимается убраться на детских площадках, кому сарай разобрать, кому мебель помочь вывезти — да мало ли где можно на хлеб подзаработать? Есть у Димки и «баба», зовут Сашкой, на вид она его старше на добрый десяток лет, ну а там поди их разбери - алкоголь порой смывает половые признаки — не то что возрастные. Сашка не работает нигде и никогда. С виду — типичная бомжиха — грязная и вонючая, не гнушается поиском съестного в мусорных контейнерах. Попрошайничает тоже редко — но не из гордости, а потому, что это тоже «работа» - стоять часами на одном месте с протянутой рукой, выбивать себе местечко на паперти... Нет уж, увольте — есть куча других способов найти себе пропитание, ну и спиртное, само собой. Самый простой и доступный из этих способов — Димка — благо, не жадный и к ней симпатию испытывает. А вот бабушка. Обычная такая — в синем пальто и красном платочке, в руках — ярко-розовая кружка (это, наверное, чтобы издалека видно было, куда мелочь бросать). Она у храма Серафима Соровского появилась недавно — с полгода назад. Если бы не земляного цвета лицо и неестественно раздутые щеки, и не подумаешь, что алкоголичка. Есть у нее и дом, и пенсия — маленькая, конечно, но другие-то живут... Может, и ей бы хватало, если бы не «захребетник» -несколько раз в день приходит к ней «на работу» мужчина неопределенного возраста (склоняюсь к тому, что сын) и забирает добытые деньги, кроме пары-тройки монет — «на развод» в кружке.
Есть еще Лохматый — он первым, как мне кажется, понял прибыльность этой «точки» - долгое время был здесь единоличным «хозяином», процветал, стало быть. Рабочее место сохранял в чистоте и порядке: подметал и чистил от снега площадь перед храмом, был лично знаком с настоятелем, а посему, видимо, считал себя вправе не только просить милостыню, но и забирать ту мелочь, что прихожане оставляют в маленькой часовенке со статуей молящегося святого. Но в последнее время Лохматый исчез — сгинул ли, перебрался ли на новое место — Бог его знает, но только после его исчезновения у церкви стали собираться целые толпы попрошаек. Тянут к тебе руки с кружками, крестятся невпопад...
- Девушка, шесть рублей пожертвуйте! - чуть ли не хватая за руку, кричит прямо в ухо размалеванная девица.
- Под-а-а-а-а-а-йте пож-а-а-а-а-луста! - канючит смуглый босой ребятенок, бежит чуть не до самого светофора.
Кто спит на лавке, кто развалился прямо на асфальте — это, видно, те, что уже насобирали на бутылку. Компания «сообразила на троих» прямо за елками, возле Вечного огня.
Знаю, что многие проходящие мимо каждый раз мучительно решают для себя нравственную проблему: давать или не давать? Христианское человеколюбие — с одной стороны, мысли о том, что «все равно ведь пропьет» и банальная брезгливость — с другой.
Сотрудники полиции не оставили это место совсем без внимания: приходят,
соберут паспорта (у кого есть), запишут данные, пожурят и... уходят! Тоже,
видимо, никак не могут решить для себя нравственную проблему: разгонять эту шайку или нет...
Е. РАГОЗИНА