СЕЛО БАКИНО И ЕГО ПРИХОД

Рассказчица родилась в 1930 г. Уехала из Бакино в 1947 году. Уничтожение храма происходило на ее глазах. Сначала сбросили колокола. По приказанию председателя сельсовета, жителя села, храм взрывали три раза, развалился только с третьей попытки. А до уничтожения из приговоренного к смерти храма жители беззастенчиво растаскивали все, что попадало в руки. Если вспомнить, то всего 100 лет назад, деды и прадеды тех же сельчан возвели новый каменный храм на свои кровные копейки. Храм строили долго, средства собирались медленно. Со всех прихожан требовалось сдать в пользу строящегося храма определенное количество яиц, которые использовали для приготовления раствора при строительстве. Хороший был раствор, крепкий, долго держал стены от разрушения. Храм находился в центре села. Рядом было небольшое старинное кладбище, а действующее кладбище было на краю села со стороны д. Борково. Обнаружилось, уже в советские годы, еще одно древнее кладбище, которое разворошили при строительстве деревянного моста через речку Ольховку в 1936-37 гг.

Как вспомнила Валентина Федоровна, Бакино был очень большим селом – до 150 домов. Если прикинуть на каждый дом по 5 человек в семье, то проживало до середины 20-го века в Бакино не менее 750 душ. Многие жители села, особенно женщины, были заняты ткачеством. Брали пряжу на фабрике в Федяеве (в семье Зайцевых), там были и светелки. Сначала пряжа была одноцветная: белая, голубая, зеленая, позже стали прясть ткани в клеточку – шотландку и сарпинку, работать стало вдвое сложнее. Станки в домах хранились почти у всех жителей. Когда создали колхозы, в селе их было два: «Заречье» и «Новая жизнь», заниматься надомным ткачеством было уже некогда. Так промысел и исчез сам собой.
 

Относительно названия села. Валентина Федоровна сославшись на рассказ бабушки, считает, что в старину здесь проживал очень богатый человек, в честь него и названо село. В «Ономастиконе» упоминаются Бакан Тютчев (16 век), помещик из Радонежа Бакин Дмитрий (1535 г.), новгородец Бакака. Но все они были современниками уже существующего села Бакино.
 

Учителями Бакинской школы, в годы учебы Валентины Федоровны, были Перемиловские Григорий Никитич и Антонина Васильевна.
 

От себя (В.Б,) к рассказу В.Ф. Зайцевой добавлю сведения по промысловым занятиям жителей села Бакино, опубликованным в 1882 году. Как писал исследователь истории промыслов В.С. Пругавин, в нашей местности развитие бумаго-ткацкого промысла шло по старинным торговым дорогам. Бакино стояло на такой дороге. Вслед за селами Мячково, Башкино, Андреевское, Новоселки-Кудрино в первой половине 19 в. и в селе Бакино появилась своя раздаточная контора, а именно у Дмитрия Данилова и других мастерков (по В.И. Далю мастерок - слово московского происхождения и означало крестьянина, забирающего рабочий припас у фабрикантов, раздающего его по селениям и сдающего готовую работу на фабрику). Все мастерки вели дело от александровских фабрикантов Барановых и Зубова С.И, а во второй половине века мастерки действовали самостоятельно. Главной проблемой крестьян села Бакино, как и других селений Андреевской волости, занимающихся промыслом, было отсутствие собственного леса. Бакино находится на окраинных землях ополья, где леса очень редки. Как поговаривали здесь – «ребятишек даже нечем пороть». В наделе у крестьян своего леса не было, его покупали. Цены на дрова росли непрерывно, ведь лес привозили издалека. Поэтому крестьяне чаще работали на дому, а не в светелках или фабричках, где приходилось платить за отопление. Чтобы не ограничивать производство тканей, за отопление светелок стали платить сами хозяева раздаточных контор. Так было в селе Бакино и соседних селениях. Староста села Бакино жаловался В.С. Пругавину: «Когда были крестьянами государева ведомства, то на постройку избы выдавали даром 60 корней. Потом это правило отняли и начали продавать лес, но без торгов. Лет 10 назад установили новый порядок продажи здешнего леса – продажу с торгов. Близ села имеется роща в 300 десятин, принадлежащая уделу. Крестьяне много хлопотали о том, чтобы этот лес был отведен им, посылали ходоков в Питер с заявлением о полной готовности платить за лес какие угодно деньги. Три раза посылали ходоков, израсходовали на них 500 рублей и - ничего не добились. В декабре 1879 года удалось купить 4,75 десятин леса за 1000 рублей. Но тогда же этот лес был поделен по душам и вырублен, так что в самом близком будущем крестьяне почувствовали крайнюю нужду в лесе». Принимая во внимание существующие цены на дрова, и полагая, что русская крестьянская печь требует в год 4-5 саж. аршинных дров, да 10-15 возов сучков, то на одно отопление здешнему крестьянину приходится издерживать около 25 руб. серебром. Да при этом еще нужно потратить много времени на дальнюю дорогу за десятки верст на поездки за дровами и сучками.
 

Из приложенных В.С, Пругавиным таблиц статистики бумаго-ткацкого промысла в нашем уезде следует: к 1880 году в селе Бакино владельцами промышленных заведений были: Яков Федоров, Иван и Андрей Лалуевы, Андрей Бекнев, Иван Ефремов, Григорий Голублев, Матвей Горбачев, Михаил, Степан и Федор Труновы, Андрей Козлов. У каждого отдельная светелка. Срок основания светелок - в основном более 10 лет. Количество рабочих от 2 до 18, семейных рабочих– меньшинство, больше наемных сторонних, детей в основном - по 1, как местных, так и сторонних. Производимые товары (всеми): тик и сарпинка (основные ткани),а также камлот, твин, кретон. Землю все обрабатывали сами, практически все содержали по 2 лошади, по 3 коровы, от 2 до 6 овец. Некоторые владельцы промышленных заведений в Бакино работали на хозяев: Михаил Яковлев Евдокимов – брал основы из Богородска от Морозова – на 100 станов 2000 штук; Михаил Степанов Трунов брал основы из Гуслиц и Егорьевска Рязанской губернии, на 100 станов – 2000 штук, Степан Степанов Трунов брал основы из Егорьевска, на 50 станов – 600 штук.

По Пругавину на 1880 год в Бакино было 200 станов в 13 светелках и 123 стана надомных, всего 323 стана – самое большое число в уезде.
 

Не с древними ли промыслами связано и название села. Нашла еще одно толкование слова «бака» - «бакан» - багровая краска из марены или червцы (С.Б. Веселовский). Растение марена красильная в изобилии произрастает у нас, но никогда не культивировалась. Только Барановы оценили ее ценность для красильного производства и стали заниматься мареноводством, но не у нас, а в Дагестане. Так что наверняка в давние-давние времена местное население знало способ крашения тканей, тогда льняных, с помощью бакана. Места здесь открытые, полустепные, марены много, марена-бакан и дала название первым крестьянам, ставшим ее применять для крашения, да и бакинская роща также названа по растению, а не по селу. Но это только версия.
 

 К воспоминаниям Н.Ф. Зайцевой и тексту Пругавина, добавлю выписки из небольшой заметки А. Шатковой в газете Александровский Голос Труда от 7 октября 2009 года «Моя малая родина – село Бакино». Автор писала: «Мой прапрадед Андрей Козлов построил в Бакино двухэтажный дом для своих сыновей Михаила и Василия». Добавлю к воспоминаниям сведения из Пругавина. Андрей Козлов построил свою светелку в 1876 году, работало у него 7 рабочих, 3-е семейных мужчин, детский труд не использовался. Хозяин вырабатывал тик и сарпинку, семья сама обрабатывала землю. Держали 14 лошадей, 3 коровы и 6 овец. Андрей Козлов, вероятно, и его сыновья подрабатывали извозом – в примечаниях Пругавина написано – «вощик», извозчик. Теперь понятно, за что дедушку автора заметки Ивана Васильевича Козлова так хотели изжить из села при советской власти. Но трудовая жилка предков передавалась поколениям Козловых: сколько учителей и врачей они подарили народу: 10 учителей и 11 врачей. Иван Иванович Козлов был директором и учителем нашей N1 школы, его жена Нина Николаевна была одно время и моим классным руководителем, а их внук - врач Н.Л. Шатков год назад поставил меня на ноги. Спасибо селу Бакино за такие неожиданные встречи.
 

Невдалеке от села Бакино находился старинный Иоанно-Богословский погост, именуемый Борково, а прежде на его месте был Иоанно-Богословский монастырь с небольшим числом братии. Церковь в селе Борково упоминалась еще в 16 веке. Среди жителей сохранились удивительные предания, связанные с церковью и ее иконами. Во время строительства первой деревянной церкви ко входу в церковь были прислонены двери, их не успели убрать. Крестьянин соседнего села Бакино позарился на них – поднял на плечи, и понес домой, но дома не смог спустить двери с плеч. Страх охватил этого человека, возвратился он к церкви, сотворил молитву Сердцеведу, и двери свободно встали на прежнее место. Хотите – верьте, хотите – нет.
 

В.Боравская