КОШАЧЬИ ИСТОРИИ - 2020

Еще бы не загадки! Собак любят за верность, кур и коров за пользу, а за что мы любим кошек? Яйца не несут, молоко не дают… гуляют сами по себе.
 

Из невероятного, но очевидного. Правительство Забайкальского края, буквально на днях, решало проблему ввоза кота. Новость облетела СМИ «Спасите Пипито!» «Боюсь, моего кота заподозрят и не выпустят в Россию из-за коронавируса! ветеринарный паспорт закончился, а продлить негде - мы живем в Маньчжурии, весь город на карантине. - говорил звонивший. - Без прививок Пипито границу не пересечет. А я без кота никуда! Мы с ним шесть лет вместе!» Вот за что мы их любим? Кто ответит. И коронавирус не страшен.
 

Еще об одном кошатнике, он же советский и российский музыковед, литературовед, музыкальный и литературный критик, публицист, телеведущий, музыкальный обозреватель Святослав Игоревич Бэлза (1942-2014), известный широкому кругу зрителей по программе «Романтика романса». Святослав Игоревич был самозабвенным кошатником. Когда он вспоминал о своих котах, всегда приводил булгаковскую фразу, вложенную в уста Мастера: «Мне кажется, вы не очень-то кот». Котов звали ни больше ни меньше, как Бастик I и Бастик II. Последний, по словам Святослава Игоревича, давал ему фору в известности. Бастик II – черно белый перс, когда его брали у заводчиков, то кандидатом на принятие в семью был другой котенок, совершенно черный, но когда из другой комнаты вышел черно-белый братец… Это была любовь с первого взгляда.
 

Николай Дроздов снял о нём сюжет для программы «В мире животных». Ирина Петровская посвятила памяти Бастика II специальную передачу… А сам Святослав Игоревич стал собирать коллекцию изваяний котов. Как гласит семейная легенда: собрание началось с сувенира, приобретенного в Лувре. Там специально для желающих продают копии музейных экспонатов. Женщина с кошачьей головой - богиня Баст, в её честь, были названы оба кота. Потом в Египте, в Каирском музее, где хранятся мумии котов, приобрел изваяние из вулканического камня. Ирина Константиновна Архипова и Татьяна Анатольевна Тарасова тоже внесли свой вклад в коллекцию».

Вот так бывает. А я в свою очередь делюсь своей коллекцией «кошачьих рассказов».
 

Кошки в моем детстве у нас были всегда, сколько себя помню. Во-первых, дом частный, хотя и на два хозяина, но постоянное проживание в доме кошек свело мышиное поголовье к количеству, которое не наглело и не показывалось людям на глаза. Надеюсь, что вы понимаете, если вы их не видите – это не значит, что их нет! А во-вторых, как сейчас говорят: без кота жизнь не та! История обоих домашних любимцев примерно одинаковая. Если с самого начала, то выглядит это так. Моя старшая сестра училась на инязе в областном центре, снимала комнату, не всем студентам везло с общежитиями. Вот эта парочка Мурка и Микки были презентом от хозяйки квартиры. Микки черный карликовый пинчер, породистый, но без документов, да их тогда и не принято было спрашивать, тем более у собак. Мурка обыкновенная, но красивая серая с белым кошка, знавшая себе цену. Их привезли не одновременно, как хотелось бы вам, дорогие читатели, а сначала приехала кошка, обжилась, обустроилась, мы понравились ей, она понравилась нам. Потом мы подружились, у нас с ней даже было условное шипение: стоило мне зашипеть, и кошка тут же появлялась, где бы она ни была, конечно, в пределах слышимости. Позволяла себя брать на руки и гладить, чесать под шейкой и за ушком, и, конечно, мурлыкала. Вот из-за утонченного мурлыканья ее и прозвали Муркой. Чтобы не показалось, что мы только развлекаемся, иногда приносила мышь для отчета.

И вот в один прекрасный день приехал Микки. Карликовые пинчеры и так не великаны, а в щенячьем возрасте и подавно. Все внимание было ему, потому как очень маленький, а наши понятия о собаках это начиная от Московской сторожевой и тяжелее. Он и взрослым-то был не больше трехдневного Мастино, а щенком… брелок от собаки, только живой! Первое, что он заработал от Мурки – это лапой по мордашке, сурово так, когтистой кошачьей лапой со всеми вытекающими последствиями. Время шло, раны и обиды зажили и их было уже не разнять, не разлить водой. Когда у Мурки были котята, он к ним никого не подпускал, следил, чтобы Мурка надолго не уходила и, если что, бежал за ней и возвращал ее в «гнездо». Иногда умывал ее. Она зализывала нанесенную когда-то рану, след от которой так и остался. Спасала его от больших собак, если он успевал прошмыгнуть на улицу. И здоровенная соседская псина в какие-то доли секунды получала от Мурки серию оплеух по «мордасам», отважная кошка давала Микки отойти за калитку и молниеносно взлетала на дерево. Сосед, конечно, ворчал, вместе со своей собакой, но… они первые начали. Бывало и Микки мчался на помощь Мурке, но та, как правило, сама управлялась. На наших глазах повзрослел Микки, состарилась Мурка. В один грустный день ее не стало. Микки прожил еще почти два года. Он уже глубоким стариком по собачьим годам этой породы, ослеп, на глазу бельмо, когти уже не убирались и он клацал по полу, это было уже не то веселое клацанье, что в тот самый первый раз, когда его пустили на пол, а стариковское шарканье, он шел урча, как бы разговаривая сам с собой и внутри его что-то посвистывало, урчало, дрожало. Но это было не дожитие, как теперь пишут про пенсионеров, а спокойная довольная старость. Его уважал даже новый кот Тихон – серенький, спокойный как танк. За свое спокойствие получивший свое тихое имя. А вы говорите, как кошка с собакой.
 

У нас была кошка Дина шотландская вислоухая, жутко породистая, элитных кровей, всеобщая любимица, семейная гордость, почти центр Вселенной. Ну если не центр, то звезда, в голливудском смысле этого слова. Звание донна - носят владетельные особы и члены их фамилии. Кошку иначе как донна Дина и не назовешь, а нас уж как членов фамилии. У нас был толстенный фотоальбом ее фотографий, считалось, что это ее альбом: вот мы на руках, вот мы у миски, вот мы на прогулке, вот – смотрим в окно… Казалось, это это даже ей нравится. С уходом кошки сказка про счастливую принцессу закончилась. Мы год не заводили кота, не могли изменить той привязанности, которая была к Дине. Мы бы и не завели, но как-то к нам зашла пестренькая кошечка, даже не трех, а четырехцветка: белый, рыжий, серый, черный. И так эти цвета были хорошо расположены на кошачьем теле, что мы ее оставили. Назвали ее Лизавета, не подумайте, что это людское имя. Имя появилось так. Когда ее берешь на колени и начинаешь гладить она просто вылизывает вам руки. То есть, если бы это был мальчик, то его звали бы Лизун, что уж совсем не имя для человека, скорее уж для человеческих склонностей. А потом на работе мне дали и мальчика - рыжего сибиряка. Когда мальчик семейства кошачьих находился в юном возрасте хвост у него был пушистый, как у лисы, ну или у белки морозной зимой. Потом как-то все выровнялось, а то хвост визуально больше кота. Нонсенс! С рождения это кот с богатой мимикой, на его мордашке можно прочитать все: задумчивость, удивление, интеллигентный восторг и не менее интеллигентное негодование и даже то состояние, которое у людей называется – поднять бровь. Месяц мы придумывали ему имя: Рыжик, Барсик, предлагалось даже в честь кота Гермионы назвать Живоглотом, но имя было отвергнуто сразу и не дошло до первого чтения, почти как в думе. После некоторых колебаний кот стал именоваться Персиком. С самого своего котячьего детства любит, когда расстилают простыню, накрывают его, а потом притворно ищут. Тут он просто блаженствует – самая любимая игра: – А где Персик? Вы не видели Персика! Тут Персик не пробегал? К этой забаве была еще одна игрушка, любил ловить подушку, когда ее взбивают и подкидывают он на нее прыгал прямо в полете. Но так прыгать можно было пока коготочки были маленькие, а сам он весил как шерстяная варежка, удивительно, но он все понял сам и отказался от такой игры. Он резкий в движениях, кажется худым, сначала думали, что болеет, но ветеринар сказал, что все хорошо, это конституция у него такая. По натуре – верхолаз, даже спит наверху, на книжном шкафу, а вот дорогу переносит плохо. Из вредных привычек – ест ночью, в несколько заходов, для этого гремит блюдцем, поднимая хозяина, остальные чады и домочадцы на это совершенно не реагируют, почивать изволят, как бы сказали в позапрошлом веке. Накладываю ему еду и думаю: интересно, а кто же у нас хозяин!

Все равно мы их любим, непородистых, не голубых кровей, без богатых родословных, но фотоальбомов больше не делаем: что-то надо хранить на фото, а что-то только в памяти, в сердце, в душе.
 

История вам, дорогой читатель, покажется очень меркантильной. Почему? Баксом называли зеленый американский рубль. Было это в девяностых или чуть-чуть позднее. Кто называет их лихими, кто «благословенными». Как в народе говорят: кому война, а кому мать родна! Но ведь было. Молодая семья принесла в дом котенка, чтобы как-то связывать концы с концами занимались коммерцией, а за товар все поставщики хотели получать только твердой валютой, потому как если к вечеру рубль был в такой котировке, неизвестно каким он будет наутро, и воленс-ноленс собирали купюры с Бенджамином Франклином. Так вот котенок как-то будучи на столе застуканный хозяевами начал быстро перебирать лапами – эффект закапывания, а все это происходило поверх разложенных на столе купюр, дальше все это напоминало современный счетчик банкнот, но не называть же кота - счетчик банкнот, вот и назвали безымянного приемыша Баксиком! Вот такое денежное имечко.
 

Если бы у котов был свой наркоконтроль, то он непременно бы пресекал трафик поставки валерьянки в пузырьках и таблетках, валерианового корня в сухом, а в нашем случае, в полусухом виде.

Если вы думаете, что несколько пакетов и тканевый мешок из под укропного семени, который, кстати, даже после нескольких стирок, продолжает пахнуть как огуречный рассол сделает валерьяновый корень неосязаемым для кошачьего носа, вы глубоко ошибаетесь. Ощущение было такое, что кот его учуял, когда мешок с корешками принесли домой, то есть только зашли в подъезд, а кот уже «навострил уши». И конечно же в самое ближайшее время кот был возле заветного пакета, его, естественно, выдворили. Но не тут то было. Когда кот понял, что на горло взять не получится. Он пошел на хитрость. Усилием воли сделал вид, что нужна ему эта валерьянка как собаке пятая нога. И ничего не подозревающие хозяева пошли провожать гостей. Когда вернулись домой, застали кота в состоянии Ипполита, принимающего тепленький душ, который только и мог сказать: Да не мелочись, Наденька!

Кот лежал на куче корней, открыв две деревянные филенчатые двери, и закрытый на задвижку «хрущевский холодильник». Если бы только у котов был свой наркоконтроль…
 

Это не тот, часто поминаемый героем Александра Михайлова Василием Кузякиным в фильме «Любовь и голуби» йошкин кот, а самый, что ни на есть настоящий Йошкин кот, как положено с большой буквы. Это скульптура привезенная из Казани в Йошкар-Олу, город, который любовно называют Йошка. Кот из бронзы весом сто пятьдесят килограммов. Вальяжный кот отдыхает задрав заднюю лапу. Рядом с ним лежит обглоданный рыбий остов и газета «Голая правда». Поговаривают, что прототипом послужил местный кот, который крутился возле скульпторов. Памятник стоит у главного корпуса Марийского Государственного Университета. Заинтриговал?! Гилберт Кит Честертон как-то отметил: «Путешественник видит то, что видит; туристы видят то, на что они приехали посмотреть». Вот и мы с вами посмотрели ироничное произведение искусства и местную достопримечательность.
 

В. Кульков